Ветер, который весь путь до этого благоприятствовал путешественникам, сейчас почему-то решил взять выходной. Работать приходилось в полную силу, по два человека на весло. Путешественники миновали дельту Дуная, поднялись выше по течению, где река круто поворачивала на юг и сливалась в широкий полноводный поток. По берегам простирались поля, изредка прерывающиеся рощей или дубравой. Часто встречались городки или поселения, на земле работали люди – бабье лето, которое в Киеве подходило к концу, в Булгарии только начиналось.
Но доставало и таких мест, где от домов остались одни обугленные головешки, а поля заросли дикой травой. Немирно в Булгарии.
Молодцов не выдержал, опять посмотрел на парус, соплей обвисший на мачте, вздохнул.
– И зачем мы с собой эту тряпку взяли, – задумчиво изрек Будим, – лишний вес только да грести тяжелее.
Данила засмеялся, друг всегда умел поднять настроение. Соль юмора заключалась в том, что парус стоил не намного меньше всей остальной ладьи.
За их спинами тоже раздались смешки, остальные охранники тоже оценили шутку.
Жаворонок и Мал вполне уверенно ворочали веслами. Несколько недель назад они получили раны в стычке с печенегами, когда степняки наскочили на целый купеческий караван у днепровских порогов. Раны были неопасные, да только море есть море, всякое там с человеком может случиться, но ни один обережник не подумал отказаться от плавания, которое сулило благодарность самого князя. Данила их понимал, это же приключение! Послание князя, возможность сыграть на равных с сильными мира сего, новые земли, перспективы, деньги, разве можно от этого отказаться из-за какой-то дырки в мясе.
Может, и ему стоит поменьше ныть, что не убивает, делает нас сильнее. Главное – успеть… стать сильнее.
– Третье весло справа, не части! – раздался окрик кормчего.
Будим хохотнул, а Данила, пристыженный, принялся работать в нужном ритме. Не тратить лишние силы на эмоции, вдох-выдох, удар о воду, упереться, потащить весло на себя, чуть наклониться, вытащить его из воды, снова погрузить его в набегающий поток.
И так час за часом.
Два дня работы против течения, и «Лебедушка», преодолев очередной изгиб Дуная, теперь плыла строго на запад; ветер стал немного помогать. К концу четвертого дня путешествия по реке раздалась команда: общий сбор. Вуефаст повернул ладью к берегу, там и встали на якорь. Данила, оставив весло в уключине, сладко потянулся, разминая уставшие руки и спину, обернулся и понял причину остановки.
