Хочешь, я тебе ключи отдам?
Гуннульв посмотрел на меня и кивнул.
— Верю тебе, Ярослав. Прости, что засомневался в тебе. С крикунами я разберусь. Ты добрый конунг и всё что обещал, выполняешь. Не надо мне ключей. Пусть лучше у тебя будут.
На этом инцидент был исчерпан.
— Гуннульв, что с сопротивлением? Всех подавили?
— Почти. Остался один терем. Хорошо укреплён.
— Чей он? — Боярина Бажена! — Ответил Боян. — Добрый воин.
— Сдаться предлагали ему? — Предлагали.
— Отказался?
— Ничего не ответил.
— Поехали.
Мы всем кагалом подъехали к большому боярскому подворью.
Само подворье было захвачено. Оно было завалено мёртвыми. Я поморщился. Терять людей мне не хотелось. Терем боярина Бажена, был высоким.
Первый этаж или как его называли поверх — каменный, остальные два из толстых дубовых брёвен. Почти крепость. Штурмовать его, много людей потеряем. Применить артиллерию, конечно можно, но вот пороху осталось совсем мало. А нам ещё назад возвращаться. Так что, артиллерия не вариант. Терем был окружен радимичами, вятичами и нурманами.
Вырваться из этой крепости Бажену не суждено. Но и терять своих людей, даже тех же радимичей, а они уже по факту стали моими, я не хотел.
— Боян, Гуннульв. Больше не пытаться захватить терем. Мне жизни воинов дороже, чем барахло Бажена и его баб. Девок вам и так в Киеве хватит.
Я тронул коня и двинулся вперёд.
— Ты куда, княже? — Воскликнул Боян.
— Поговорю с Баженом.
— Это опасно! А если тебя стрелой достанут?
— Не достанут. — Я поднял руку. — Я один пойду.
Все остальные остаются здесь.
Подъехал к терему. Видел в узких окнах-бойницах лица полян. Сидел на коне спокойно.
— Бажен! Выходи, поговорим. Обещаю, тебя не тронут.
Через некоторое время, тяжёлая дубовая, окованная медью дверь в терем отворилась и на крыльцо вышел бородатый крепыш, в хорошей броне, с мечом в руках.
— Я Бажен!
Мы глядели друг другу в глаза. Он смотрел угрюмо, я насмешливо.
— Я князь всех вятичей и радимичей Ярослав.
— Так прямо всех вятичей и радимичей?
— Так прямо всех.
Просто один это уже знают, а другие пока ещё нет. Но это уже не имеет значения.
— Ты муж Мстиславы Вятской?! — Больше даже не спрашивая, а утверждая проговорил боярин.
— Он самый.
— Говорят, что ты колдун. — Я засмеялся.
— Говорят, в Царьграде кур доят!
Бажен уставился на меня недоуменно.
— Как это кур доят?
— Так говорят. Ты больше слушай, что говорят. Люди и не такое наплетут.
— Но ты запихал бесов в свои трубы.
— То не бесы и не демоны. Это пушки.
