Можно я ещё немного погуляю, отдышусь?
– Понимаю, – многозначительно подмигнул Вакула, водрузил камень обратно на место и отправился в дом.
А Данила с наслаждением вдохнул прохладный ночной воздух. Лето действительно наступало отличное. «Будто приближается что-то», – осознал внутри себя странное предчувствие Молодцов. Но вот что именно, он не мог объяснить, наверное, что-то хорошее.
Данила развязал пояс, чтобы облегчиться, и внезапно услышал рядом хихиканье.
– Да что такое, – пробурчал он, завязывая штаны.
Некто прятался за собачьей будкой, впрочем, нетрудно было догадаться, кто именно, раз пёс размером с телёнка на неё никак не реагировал.
– Ты чего там прячешься? А ну выходи!
Снова хихиканье:
– А ты чего испугался? Делай, что хотел… Или меня застеснялся?
– Ты как со старшими разговариваешь? А ну, быстро иди сюда, а то выпорю, и Вакуле отдам – пусть он тебя поучит, как вести себя надо с гостями.
Из-за будки появилась щуплая фигурка, обиженно фыркнула:
– Сразу ругаться… Чего я тебе сделала? Как будто не знаю, чего там у вас есть, – с ходу заявила Наська.
– Не о том речь, – оборвал её Данила. – Я помню тебя, ты та, что помогла мне тогда у речки, не испугалась.
– Вспомнил, значит?
– Да. Помогла-то почему?
– Не знаю. Показалось, ты человек. Пропасть ведь мог. Жалко.
Какие слова! Редко их тут Молодцов слышал.
– И не испугалась?
– Неа, а чего тебя бояться, ты слабый. На четвереньках едва стоял, а потом и вовсе на бревно повалился.
– Ну, я-то потом поднялся, дети разбежались, а ты вернулась и указала путь.
За что тебе спасибо.
Данила взял девичью ладошку и вложил в неё комочек серебра, существенно больший, чем тот, который отдал Вакуле за нож.
– Спасибо, – отблагодарила Наська, смутившись, чего и не думала делать, подглядывая за мужчиной.
– Так ответь, почему ты мне помогла?
– Я же сказала – не знаю. Увидела тебя, ты слабый был, ну и… понравился ты мне. Ты ликом красен, – Наська опять смутилась. – А женщина, с которой ты приехал, она тебе кто? Наложница?
– Нет, в общем, – теперь уже растерялся Молодцов, – она, как тебе сказать…
– Невеста? Не жена же, с непокрытыми-то волосами…
– Ну… короче да, почти жена.
– Как это?
– Мы с ней разной веры, сразу всё не объяснишь, – нашёлся Данила.
– А, я слышала, ты ромейскому белому Богу кланяешься. Мне вот тоже скоро замуж.
– Не боишься?
– А чего там бояться, всё как у всех будет, – напустила на себя бравады девица.
– Есть кто на примете?
– За кого дядька скажет, за того и пойду.
