Все шло ровно так, как и должно было идти. Люди Звана обрабатывали словенских вождей несколько месяцев. Случайные вроде бы гости, что останавливались на ночевку, угостив местное начальство медком, влезали в души простым селянам. Кого-то пугали аварским набегом, кого-то манили легкой сытной жизнью, а кому-то намекали на возросшее благосостояние дулебских владык. Тех, кто остался в живых, естественно. И понемногу робкие сигналы лесной аристократии, переданные через купцов, попали к князю, который милостиво разрешил посетить его, назначив точный срок.
Для многих из присутствующих точность была понятием абстрактным, как и само время. Ни к чему это было в лесу. Любой дурак знает, когда зима, а когда лето, когда сеять, а когда жать. Но времена менялись, и наиболее дальновидные из владык справились с этой нелегкой задачей. Они шкурой почуяли, что те, кто проявит норов, закончат примерно так же, как и непокорные вожди дулебов. То есть, на капище в виде жертвы богам. А когда выскочка-князь разбил пятитысячное аварское войско, последние сомнения пропали сами собой.
Надо ехать и договариваться, пока еще зовут.
— Так что, почтенные? — поинтересовался князь, когда легкая задумчивость на лицах гостей сменилась спокойной уверенностью. — Каков будет ответ?
— Я согласен, — твердо сказал владыка седличей.
— И я!
— И я! — раздалось по горнице.
— Я не согласен, — обронил один из владык чехов. — Я в твои подручники не пойду. Давай так: мы живем, как жили, а ежели опасность какая, то каждый на выручку придет. И податей мы платить никаких не станем.
Мы люди вольные.
— Ну, не станете, так не станете. Тебе путь чист, владыка, — равнодушно пожал плечами Само, а когда тот ушел, хлопнув дверью, добавил. — Сами справитесь? Или мне войско прислать?
— Не надо войска, — поежились владыки чехов, которых осталось всего двое. — Разорят ведь все. Сами разберемся! И с теми, кто не приехал, разберемся тоже. Мы ж понимаем все, чай не дети. Наслышаны, как оно в дулебских землях-то было.
— Ну, раз понимаете, пойдем на капище, клятву давать.
Подумайте, прежде, чем это сделать. По нашим законам тот, кто клятву, данную перед лицом богов, нарушит, в святотатстве виновен.
— А что за это положено? — спросил кто-то из владык.
— Костер! — резко ответил князь.
— У-ух! — владыки даже вспотели. — Круты у вас порядки! Не забалуешь! Ну что ж, на капище, так на капище. А та настойка еще есть? А то что-то весь хмель прошел. Такое дело надо бы обмыть.
— Есть! — уверил князь. — И даже с собой дам.
