Или сын-дочь нашли себе неподходящую пару – надо любовь порушить.
– Верно, – подтвердил Вадим. – Мать все устраивала за хорошую сумму. Бесплатно она даже не чихала. После ее смерти оказалось, что у нее во владении несколько квартир и пара дач. И у матери имелись прихлебалы, на все готовые за подачку. Валентина из них! Что ей свекровь велела, то она и делала!
– Неправда! – возмутилась Юркина.
– Ой, ой, ой, – засмеялась Нелли. – Вадим о делах матери почти ничего не знал. Но она сыну кое-что поведала, когда велела на Вальке жениться.
Валя работала у Аллы Борисовны в благотворительном медцентре на кухне подсобницей. Денег платили копейки, да она больше и не стоит – образования хорошего нет.
– Мама девушку из жалости взяла, – впервые высказалась Елизавета. – Я ее предостерегала, просила: «Не нужна тебе такая. Неумеха. Врунья. Сплетница». Но мамочка всем помочь хотела.
– Поэтому спала с Антоновым, наплевав на его жену! – неожиданно выкрикнула Юркина.
Я изумилась. Куда подевалась тихая скромная женщина? Сейчас глаза Валентины горят злым огнем, голос громкий.
– Во! – засмеялась Тамара. – Видите истинное мурло первой жены Вадика, верной слуги Зинки?
– Неправда, – зашептала Юркина, снова делаясь несчастной забитой жертвой. – Я честная, хорошая!
Вадим стукнул кулаком по подлокотнику кресла.
– Раз уж пошло веселье, расскажу правду. Отец наш был дома тише тихого, с женой никогда не спорил. Мать всем говорила, что муж в семье хозяин. Да не так оно было. Рома ходил в любимчиках у мамы.
Почему? Брат с детства красавчик, на него в школе молодые учительницы заглядывались. Скольким девушкам мать деньги на аборты давала! Уж на что она рубли уважала, но над кобелячеством Романа только смеялась. Потом на Елене его женила, предупредила невесту: «Твой будущий муж похож на пластмассовый мячик, который щедро смазали растительным маслом. Сожмешь его в кулаке, желая покрепче удержать, а он – раз! И выпрыгнет. Отпускай Рому пастись в чужих огородах, и он с тобой всю жизнь проведет».
Лена Романа обожала, последовала совету Зинаиды, и хорошо они с братом жили, несмотря на его любовь из чужого огорода малину воровать. А я иной – полюбил Нелли, и другой мне не надо. Но мать меня в угол запинала, сообщила, какие карательные меры примет, если откажусь. Квартира, в которой живу, записана на отца, меня из нее выселят. Еще я просил у Зинаиды Яковлевны деньги на открытие ресторана – она их даст, но только после свадьбы с Валентиной.
