А доктор ей разъяснила: с такой проблемой следует обращаться в кожно-венерологический диспансер. Сифилис у Юркиной. Больную поставят на учет, начнут лечить. Но не все так хорошо. На работу обязательно сообщат. Если служба связана с другими людьми, то вмиг уволят. Ищи место на каком-то складе. Но ведь и там сотрудники имеются. Захотят они с такой бабой в одной комнате сидеть? Чай из общих кружек хлебать? Да никогда! И что Вальке делать? На дому шапки вязать? Но есть выход из положения. Юркина платит районному врачу, тот никому не сообщает про болезнь, сам лечит женщину.
Деньги вперед, никаких рассрочек.
Нина засмеялась.
– Можно о таком свекру со свекровью доложить?
– Нет, – быстро ответила я.
– Родители тоже не погладят дочь по голове за такое происшествие. Папа все Зинаиде Яковлевне доложил, та испугалась: «У нас посуда общая». И решила свекровь сама к этой гинекологу в поликлинику сходить, пошушукаться с ней. Конвертик приготовила, чтобы доктор язык развязала, на последнее время записалась. Вошла, представилась, денежки всучила, спросила про сифилис.
Врач головой покачала: «Ну и врунья, вон чего напридумывала. Не было у меня такой больной никогда». Зинаида отцу все рассказала, попросила: «Не давай ей денег!» Тот в ответ: «Разве я дурак? Чего только бабы не придумают, когда им денег хочется». Ну, и устроила Ефимова невестке разбор полетов. Потом отцу моему рассказала: «Идиотка решила приодеться. Платье, туфли, пальтишко. Вадик пока без работы, я ему даю на жизнь. А бабу эту наряжать не собираюсь.
Вот она и побежала к тебе, кретинка».
Нина вздохнула.
– И вскоре после этого случая Валька убила Зинаиду Яковлевну и жену брата мужа. Забыла, как ее звали.
– Елена, – подсказала я.
– Точно, – кивнула Нина. – Кошмар настоящий! Вот дура! Сразу вычислили, кто их отравил! Валентина заказы на торты брала, дома пекла. Запихнула яд в крем и угостила Зину с Ленкой.
Глава 19
Выйдя от Нины, я вернулась в наш подъезд и обрадовалась, увидев, что консьержки на месте нет. На столе, за которым обычно сидит Фаина, красовалась табличка «Обед».
Я быстро поднялась на нужный этаж и позвонила в квартиру Ады Марковны. Дверь распахнулась незамедлительно, хозяйка улыбнулась.
– Еще раз добрый день, Виола!
– Простите за беспокойство, – начала я. – Мы с мужем не можем считаться коренными жителями центра столицы. Наше детство прошло на окраине. Теперь, правда, тот район превратился в элитный, но когда мы ходили в школу, он считался задворками Москвы.
