Поэтому постоянно говорит о коллегах гадости, называет их графоманками, дурами и говорит: «Дерьмо пишет для дерьма». Сию мадам отличает напускная серьезность. О себе она крайне высокого мнения, полагает, что идеальна со всех сторон, поэтому имеет право хамить всем.
– Возможно, подобная особа существует, – не стала спорить я, – но мне не доводилось с такой встречаться. Не люблю тусовки, очень редко их посещаю. И на мешок муки я не похожа, скорее уж, я вязальная спица, которую завернули в конфетный фантик.
Эдуард еще шире улыбнулся.
– Если человек способен посмеяться над собой, значит, он умен и не отягощен разными комплексами. Пойдемте к прессе.
Через час мы с Надеждой Андреевной отправились домой. Сначала Круглова заливалась слезами и причитала:"
"– Ужас! Катастрофа! Что люди скажут? Моя дочь – падшая женщина! Проститутка! Позор семьи!
Потом моя спутница замолчала. Смотрела в окно, вздыхала, громко сморкалась в носовой платок. Когда до дома оставалось минут десять езды, тетя Мура опять принялась говорить:
– Как жить теперь? Что скажет мой прапрадедушка Василий Никифорович? Он Катю проклянет.
От неожиданности услышанного я пропустила нужный поворот и осведомилась:
– Ваш прапрадедушка жив?
– Конечно, – ответила гостья.
Поскольку Надежда не выглядела младенцем, я впала в глубокое недоумение.
– Сколько же ему лет?
Тетя Мура наморщила лоб.
– Вроде он тысяча восьмисотого года рождения.
Я пропустила следующий нужный поворот и решила уточнить:
– Мужчине больше двухсот лет?
– Прадеду Господь на земле отпустил ровно век, – пустилась в объяснения Надежда.
– Сейчас на Небесах он! Там все живы, видят нас. Похвалить, наградить могут. Но и поругать, наказать сильно. Вот обозлится Василий Никифорович и скрючит Катьку, которая род Кругловых позорит! Что люди скажут, когда до них дойдет, чем дочь моя занимается?
Глава 14
– В заключении эксперта четко указано: в домашнем торте находился яд от домовых грызунов, – подчеркнул Кирилл.
– Глупо так человека убивать. Специалист же сразу увидит, по какой причине Зинаида Яковлевна умерла.
– Валентина клялась, что вколола в бисквит капли от запора, – напомнила я. – Никого она убивать не собиралась. Решила отомстить свекрови, которая ее безо всякой причины ненавидела. Валя предполагала, что, когда все сядут в ресторанчике, именинница начнет безостановочно бегать в сортир. Для здоровья это не опасно, а вот морально больно щелкает.
