Отец изобразил на лице улыбку и кивнул, а мать девочки откровенно поморщилась: ей не понравилось такое сравнение. Сама виновница торжества таращила на окружающий мир зелёные, как у мамы, глазёнки, и молчала.
С этого момента Маша Стрельникова стала полноправным жителем Волжанска, и товар на неё в магазине выдавать стало положено.
Стрельникова росла и развивалась, как положено нормальному ребёнку: играла в куклы, до глубокой ночи смотрела телевизор, капризничала, если родители не пускали её на пляж, и откровенно радовалась школьным каникулам.
Почти всё свободное от сна и школьных уроков время Маша проводила вместе со сверстниками в волжских затонах, где купалась голышом, ловила с мальчишками рыбу и головастиков, а зимой лихо каталась на коньках по замёрзшей речной глади. Во втором классе соседка по парте Настя открыла ей тайну деторождения. Маша эту новость восприняла спокойно и задала несколько наводящих вопросов, чем поставила соседку в тупик. Вечером того же дня Маша с серьёзным видом задала эти же вопросы родителям.
Отец откровенно смутился, а мать сказала, что все ответы она найдёт в книжках, когда подрастёт.
С этого памятного вечера Маша твёрдо усвоила, что в книгах есть то, на что не могут ответить даже взрослые, и незаметно для себя пристрастилась к чтению.
В шестнадцать лет ей случайно попался на глаза учебник по психологии для высшей школы. После прочтения нескольких глав из учебника Мария испытала чувство, которое можно сравнить с шоком: оказывается, людьми можно управлять! Да и своё поведение можно и нужно моделировать.
Целый месяц она читала и перечитывала потрёпанные страницы учебника, приставая с вопросами к педагогам и родителям. Через месяц она решилась на эксперимент. В средней школе № 3 г. Волжанска, где училась Мария, в параллельном девятом классе образовалась любящая парочка школьников. Серёжа Бабенко и самая красивая девочка в школе Лариса Серова, наплевав на все запреты и пересуды, ходили по школе, взявшись за руки. Подруга Марии Настя откровенно завидовала Лариске.
– Я бы отдала правую руку, лишь бы на месте Серовой оказаться! – сказала она как-то подружке.
– Лучше ногу! – со свойственным ей практицизмом предложила Мария. – Под джинсами протеза не видно.
– Дура ты, Машка, и в любви ничего не понимаешь! Оказаться рядом с таким парнем…! – мечтательно проворковала Настя.
– А хочешь, я через неделю буду идти по школьному коридору, и Бабенко будет держать меня за руку! – неожиданно предложила Мария.
– Ты? – удивилась подружка.
