В глубине души он знал, что родственники не позволят ему оставаться в стороне, когда родовой клан ввязался в кровавую драку за власть в республике.
Власть – дама капризная, и чтобы завоевать её расположение, принято угощать её, но не шампанским. Власть предпочитает очень дорогой напиток, Власть предпочитает кровь! Так было всегда и везде, и чем больше крови проливал очередной коронованный властью диктатор, тем прочнее держался его трон, тем больше любили его рабы и царедворцы, тем больше превозносили его заслуги летописцы.
На Востоке, где чинопочитание и восхваление власть предержащих возведено в ранг приличия, во все века борьба за власть была особо кровавой.
То, что драка предстоит серьёзная, Магомет знал. Из рассказов земляков ему стало известно, что его отцу, Султану Рашитовичу Мадуеву, очень влиятельные люди предложили баллотироваться на пост президента республики, вернее, государства. На Мадуева делали ставку представители местной финансовой олигархии. Эти люди не привыкли быть на виду, они привыкли управлять, сидя в тиши и прохладе своих кабинетов, а кем управлять – секретарём местного райкома или президентом новообразованной республики, – большой разницы нет.
"
"К тому моменту, как за Магометом закрылись двери больницы, бывшая советская закавказская республика объявила себя суверенным государством.
Этой же ночью Магомет с земляками выехали на автобусе в Варшаву, чтобы оттуда на самолёте вылететь в Москву, а из Москвы поездом добраться в столицу бывшего союзного, а теперь суверенного государства.
Этой же ночью Ядвига Заславская одиноко сидела в тёмной ординаторской и думала о любви: не о той любви, которую познала, будучи студенткой медицинского колледжа, а любви возвышенной, любви, о которой пишут в книгах и слагают романсы, любви, которой она, дожив до двадцати пяти лет, так и не узнала. На душе секс-дивы было пусто. Ей больше не хотелось плотских утех, ей хотелось тепла, простого человеческого участия, ей хотелось настоящей любви. Впервые она испытала что-то похожее на настоящее чувство прошедшим вечером, когда глядела вслед уходящему кавказцу с перевязанной головой и чёрной, как смоль, бородой – единственному мужчине, который не познал её в постели.
Что-то больно и сладко защемило в душе молодой полячки, и она, повинуясь неожиданному душевному порыву, трижды перекрестила спину уходящего в ночь мусульманина.
Глава 9
За выполнение указания Президента директор ФСБ Ромодановский взялся буквально на следующий день.
