– Ты же меня знаешь! Тем более, что я уже поставленную задачу выполнил! Нашел альтернативный источник! Так что мне от тебя вообще ничего не надо! У меня давление сто двадцать на восемьдесят, пульс семьдесят пять! И все это без твоей помощи! Без твоих драгоценных порошков! Клейноду твоя помощь тоже не особенно помогла!…
– Но ведь ты его прессовал?
– Ну тогда это было актуально… а теперь нет! Клянусь внуками!
– Не клянись! Это опасно!
– Я знаю, что говорю!
Старик вдруг перевел взгляд с телефона, с которым разговаривал, на Олега.
Он внимательно и задумчиво смотрел ему в глаза и, казалось, уже не прислушивался к лепетанию Ваврикова. Взгляд старика опустился и замер на перстне, надетом на мизинец руки его неожиданного спасителя. Он на мгновение прищурился, через полуминуты опустил взгляд на лежащий рядом с трупом кинжал.
– Я телефон этот себе оставлю, дорогой Иов! – с издевательской ноткой в голосе произнес он громко. – Если захочешь – позвонишь!
Старик протянул телефон Бисмарку.
– Отключи!
Олег нажал отбой и опустил мобильник на пол.
– А ну подай мне кинжал! Только вытри! – попросил старый археолог.
Парень вытер окровавленное лезвие о куртку Адика. Передал Польскому.
– И перстень! – добавил старик.
Нехотя, Олег стянул с пальца перстень.
– Откуда у тебя?
– Из могилы, там, возле Софии. Которую вы впятером копали!
– Вчетвером, – поправил Олега Польский. – Иов не копал, он смотрел.
– А почему вы его Иовом называете? Он же Игорь! И в телефоне у этого – Бисмарк кивнул на убитого.
– он, как Иов…
– Да он помешан был на одном святом, который ровно сто лет прожил и умер. Иов Почаевский. Все о нем знал и нам рассказывал! Слышать от кагэбиста рассказы про святого в советское время – это было еще то развлечение! И нельзя было понять, то ли он нас провоцировал, проверяя на религиозность, то ли действительно тот святой так его зацепил за живое!
– А может, Вавриков – потомок того святого? – предположил Бисмарк.
– Потомок святого – полковник КГБ? – старик рассмеялся.
– Нет. Настоящий Иов родился в1551-м, умер в 1651-м, жены не было, детей не было. Монах! Откуда у него потомки?
– Ну, может, духовный потомок.
– Ага, духовный! – Польский усмехнулся.
Старик опустил взгляд на кинжал и перстень, которые держал в руках.
– Так ты, значит, хранитель Марии? – проговорил медленно.
– Что? – не понял Бисмарк.
– Я говорю, что ты – хранитель Марии и именно поэтому меня искал?
Возникшая пауза, похоже, не раздражала Польского.
