Пара умелых движений, и его руки оплели совсем по-другому, заставляя почувствовать животную сущность их природы и всех этих прикосновений… Лука прижал ее к стене и снова заставил поднять голову и посмотреть ему в лицо.
— Тебе не за что извиняться, Кристина… — Его большой палец проскользнул по ее губам, сминая и вызывая сладкую дрожь и горячий отклик. — Сколько лет прошло, а нас по-прежнему бьет током… Не думаешь, что это о чем-то говорит?
— Думаю, нам не стоит повторять прошлых ошибок, — ее ладони увереннее уперлись в его грудь.
— Иногда ошибки — самое приятное в жизни.
— Возможно для того, кто провоцирует их совершать, но не для того, кто ошибается.
Лука по-прежнему крепко прижимал ее к себе, не позволяя отвернуться. Его пальцы придерживали ее подбородок, хмельной темный взгляд скользил по ее лицу, прикасался, обласкивал, пожирал. На его губах играла волнующая мягкая улыбочка, которая щекотала нервы и провоцировала.
— Ты стала другой… — прошептал он.
— Какой? — тем же шепотом проговорила она.
— Уверенной… бесстрашной… сильной…
— Беззащитной я нравилась тебе больше?
— Ты мне всякой нравишься, Кристина… — Мужские пальцы еще раз прошлись по мягким горячим женским губкам, заставляя девушку трепетать.
Однако, в следующий момент Лука отступил. — Но ты права. Ошибки прошлого лучше не повторять. — Он неспешно прошел к столу. — Кофе?
Оставшись без его объятий, Кристина вновь ощутила надвигающуюся пустоту, но это вовсе не было поводом, чтобы бросаться на шею этому самовлюбленному типу. Поборов неловкость, она села за стол и взяла в руки еще не остывшую чашку.
Отхлебнула глоток и тут же вспомнила. Слишком крепкий… зато… Как он тогда сказал? «В самый раз. Хотя могу коньяку еще добавить. Очень хорошо прочищает мозги, особенно неразумным девчонкам, любящим немного поиграть с огнем». Он был прав. Тогда она хотела играть с этим огнем. Мечтала в него окунуться с головой. Готова была сгореть дотла, надеясь, что ее жертву кто-то оценит… Он не оценил. А сейчас предлагал сыграть в мотылька, летящего на пламя свечи, еще раз… Но только она больше этого не хотела.
Она хотела крепкого, очень крепкого эспрессо, чтобы одуматься.
Они пили кофе в полном молчании, пока Лука его не прервал.
— Я могу чем-то еще тебе помочь? — спросил он, допив свой кофе.
— Отец оставил закрытое завещание. Я нашла свидетельство в таком месте, где Лариса едва ли могла бы его найти. О нем знали только я и папа… — Кристина сделала судорожный вздох. — Просто хочу, чтобы ты знал.
