Чтобы повеселить отца, она брала в зубы его сигару и, скривившись в надменной ухмылочке, изображала из себя бывалого бильярдиста, и у нее это, надо признать, неплохо получалось. Отец смеялся до слез, краснел и закашливался, а потом почти всегда проигрывал.
Кристина и сама не замечала, как ее губ касалась улыбка, а по щекам непрерывно текли слезы, пока сама она стояла у окна и бесконечно всматривалась в лужайку в саду, где она бегала с подружками, играя в бадминтон, а папа сидел в беседке и подзуживал, чтобы они не ползали, как мухи, и выкладывались по полной, словно строгий и вместе с тем веселый тренер и болельщик в одном лице.
А иногда он даже занимался с ней историей и математикой, хотя для нее эти уроки часто заканчивались не очень-то приятно, потому что он был взыскательным учителем. После развода родителей Кристина почти не мучилась выбором, решив остаться с отцом. Во-первых, мама ему изменила, и ей сложно было такое простить… Во-вторых, он больше нуждался в ней. В-третьих, Кристина больше нуждалась в нем.
Потом в его жизни появилась Лариса, а ей… ей просто пришлось повзрослеть.
Сквозь туман этих лишающих дыхания чувств и мыслей Кристина уловила аромат кофе. Его, наверное, приготовил Лука. Это отрезвило ее немного и вырвало из пут невозвратного прошлого. Она вспомнила, зачем пришла в этот дом, вернулась в отцовский кабинет, отодвинула кресло, села на колени, сняла несколько дощечек паркета и достала свой сундучок. Как ни странно, он был на месте и код остался прежним.
Открыв крышку, девушка на секунду замерла, пораженная. На дне лежал файл с документами. Она взяла его, раскрыла и пробежалась взглядом по тексту каждого. Свидетельство о праве собственности на дом, свидетельство о праве собственности на земельный участок, а также свидетельство о принятии закрытого завещания… Значит, опасения Ларисы были более чем обоснованы? Отец действительно скрывал что-то от жены… к тому же почему-то именно в тайнике дочери. Доказывало это что-нибудь? Пожалуй, что да… Похоже, ее жадность не осталась незамеченной и привела к тому, что у супруга от нее появились тайны…
Кристина понятия не имела, может ли она на что-то рассчитывать и имеет ли право… Но все же слабый укол надежды и сомнений причинил боль.
Она еще раз обвела взглядом отцовский кабинет, такой близкий и родной, как и весь дом… Они переехали сюда, когда ей было лет девять, и здесь она провела почти все детство и подростковый период.
