— Я тебе потом все скажу, — многообещающе хмыкнул он, и его пальцы чувственно прошлись вдоль ее позвоночника от затылка до талии, заставляя трепетать в предвкушении, затем скользнули по руке от плеча до запястья и крепко сжали кисть, уводя девушку в самую гущу событий, в водоворот эмоций, веселья и красоты.
О, боже… этот день захватил ее, словно чудесная сказка, которую она толком не успевала постичь и рассмотреть. В памяти отложились какие-то яркие образы, световые и цветовые пятна, звуки, лица, слова, но в целом все слилось и перепуталось… Кристина помнила, как их завалили букетами и подарками, как они выпустили в небо целую сотню белых голубей из огромной золотой клетки, чтобы жить вместе счастливо сто лет… А еще у нее отложилось, что все сегодня произнесли столько добрых слов и пожеланий, что сердце переполнялось по-детски искренней и наивной вселенской любовью.
Играл оркестр, рояль, скрипка исполняла соло, потом бесподобный тенор исполнил Una furtiva lagrima[6], и эта нежная музыка лилась прямо в душу.
Потом Лука сжимал ее в объятьях, и она танцевала вальс, словно летая на крыльях. Этот танец вдруг напомнил ей о том далеком дне, когда она танцевала с этим мужчиной впервые, в сущности невинная девочка, покоренная искушенным соблазнителем, тогда еще жестоким и безразличным, только забавляющимся с ней и не ведающим любви. И еще она вспомнила отца, едва сдерживая слезы оттого, что его сейчас не было с ней рядом… Он бы порадовался за нее. Возможно, теперь даже совсем по-другому отнесся бы к Луке.
От осознания, что это желание никогда не сбудется, у нее щемило сердце, но все-таки она все равно была счастлива и понимала, что это правильно, что так должно быть.
Среди всей этой гущи событий она видела того самого частного детектива Влада, который спас ей жизнь. Он тоже их поздравлял и долго говорил о чем-то с Лукой, и еще рядом с ним была очень красивая девушка, тонкая и изящная, а вокруг наворачивал круги пятилетний мальчонка, который не знал покоя и ни на секунду не давал расслабиться своим родителям.
Тогда Кристина познакомила его со своими младшими братом и сестрой, а потом вдруг вспомнила, что для детей здесь предлагали катание на пони, и сама отвела всех в парк, где их усадили на маленьких нарядных лошадок, и они восхищенно трепали их за гриву и улыбались от уха до уха."
"Тут же вспомнив о дочке Луки, с которой ей пока так и не довелось познакомиться, Кристина вздохнула, пытаясь подавить набегающую обиду и чувство несправедливости.
