— Отсюда мы попадем в жилые помещения и в навигационный отсек.
Как это всегда звучало: «навигационный отсек», «пульт управления»… Как заклинания. И вот он сейчас увидит навигационный отсек.
— А ты помнишь номер своей комнаты? — спросила Марьяна.
— Каюты, — поправил ее Олег. — Конечно, помню. Сорок четыре.
— Меня отец просил зайти и посмотреть, как все там. У нас сто десятая. А ты ведь родился на корабле?
Олег не ответил. Да вопрос и не требовал ответа. Но странно было, что Марьяна думает так же, как и он.
Олег отвел в сторону дверь.
И отпрянул. Он забыл, что этого надо было ожидать. Есть такие краски, которые светятся многие годы. Ими покрашены некоторые коридоры и навигационный отсек.
Свет шел отовсюду и ниоткуда. И было светло. Достаточно, чтобы факелы как бы померкли.
— Ой, — прошептала Марьяна, — а может, тут кто-то живет?
— Хорошо, что есть свет, — сказал Олег. — Сбережем факелы.
— Как будто даже теплее, — произнесла Марьяна.
— Это только кажется, — сказал Олег. — Но мы, наверное, найдем теплые вещи.
И будем спать в комнате.
— Нет, — отозвался Дик, который немного отстал и еще не вошел в светлый коридор. — Я не буду спать здесь.
— Почему?
— Я буду спать там, на снегу. Там теплее.
Олег понимал, что Дику страшно спать в корабле, но Олегу хотелось остаться здесь. Он не боялся корабля. Испугался сначала, когда было темно, но не сейчас. Это его дом.
— Я тоже не буду здесь спать, — решила Марьяна. — Здесь есть тени тех, кто жил. Я боюсь.
Справа стена коридора отошла вглубь и была забрана прозрачным, как тонкий слой воды, материалом, и Марьяна вспомнила, что он называется стеклом.
А за ним были зеленые растения. С зелеными маленькими листьями, таких зеленых листьев в здешнем лесу не бывает.
— Они не схватят? — спросил Олег.
— Нет, — ответила Марьяна, — они замерзли. На Земле растения не кусаются, разве ты забыл, как нам рассказывала тетя Луиза?
— Это не столь важно, — сказал Дик. — Пошли. Не вечно же гулять просто так. А вдруг тут нет еды?
«Странно, — подумал Олег, — мне совсем не хочется есть.
Я давно не ел, а есть не хочется. Это нервы».
Через десять шагов они увидели еще одну нишу, но в ней стекло было разбито. Марьяна протянула руку.
— Нельзя, — остановил Дик.
— Я знаю лучше, я их чувствую. А эти мертвые.
Она дотронулась до ветки, и листья рассыпались в пыль.
— Жалко, — проговорила Марьяна. — Жалко, что нет семян, мы бы посадили их у поселка.
— Направо склады, — сказал Олег. — Давайте посмотрим, что там есть.
