— Я бы его снова не оживляла. Должно же быть наказание, — сказала Снежина.
— Постарайтесь понять, — возразил Павлыш. — Он просто нам не поверил. Решил: мы враги.
— А вдруг он сумасшедший? — спросил Кудараускас. — Не в нашем смысле, а сумасшедший, как и все другие жители планеты. Охваченный стремлением убивать."
"— Мы привезли еще одного человека, — вспомнил Бауэр. — С дальнего острова. Завтра-послезавтра увидишь, что и здесь люди бывают разные.
— Ты уже уверен?
— Я давно уверен.
Биологи включили аппаратуру.
С мостика экран показывал их сверху, как показывают операции в хирургическом театре для студентов. Все замолчали.
Открылась дверь, и тихонько вошла тетя Миля.
— Я с вами посижу, — шепотом сказала она. — Одной нехорошо.
— Садитесь, конечно. — Зенонас подвинул ей кресло.
По внутренней связи раздался голос Лещука из двигательного отсека.
— Зенонас, подключи нас к лаборатории. Ничего не слышим.
— Там пока слышать нечего, все идет как надо, — заметил Зенонас.
— Включаю.
Еще через десять минут Вас склонился над колпаком операционного стола и сказал Павлышу:
— Кожные покровы начинают восстанавливаться.
— Ну вот, — сказал Бауэр.
— Сердце, — проговорил Аро. — Пульс семьдесят, наполнение нормальное.
— Будет жить, — произнес Павлыш громче, чем следовало говорить в операционной.
— Подождите, — остановил его Вас. — Не надо шуметь раньше времени. Я полагаю, что экран можно отключить. Через несколько минут операция будет закончена, и еще через два часа мы разбудим капитана Загребина в госпитале.
Вы сможете его навестить.
Корона Вас отключил экран.
…Через два часа капитан, смущенно улыбаясь, лежал в госпитале на той самой койке, которую так недавно занимал его убийца, и принимал импровизированный парад экипажа. У изголовья его стоял корона Вас и похлопывал от удовольствия губами широкого рта. Он радовался не только тому, что капитан жив, здоров и ничем не отличается от прежнего Загребина, но и тому, что пришедшая одной из первых тетя Миля пожала короне руку.
— Спасибо вам, доктор. Без вас мы бы осиротели.
Малыш, когда подошла его очередь, приблизился к Вас и спросил у него шепотом, придерживая карман:
— Курить мастеру можно?
— Конечно. Если Павлыш разрешит. Он же здесь хозяин.
Павлыш благодушно кивнул головой. Малыш вытащил из кармана любимую пепельницу мастера и пачку сигарет.
— Вам можно, — поставил он пепельницу на тумбочку у кровати.
