Короче, ещё раз так накосячишь — близко ко мне не подходи, пьянь с лампасами!
— Неправда, — гордо вскинулся я, облизывая пересохшие губы. — Нельзя здорового казака гольной химией травить! Налила бы по стопочке беленькой, и нет проблем!
— У тебя — нет, а меня от одной рюмки водки — в гавань укладывает! Хотел напоить и воспользоваться?!
Я вспыхнул, развернулся на выход и даже успел взяться за дверную ручку, когда моя недотрога сменила тон.
— Куда дёрнулся? Я ведь перед тобой извинилась. Ну хочешь, ещё раз меня извини.
Полегчало?
— Не очень.
— Не важно. Смотри сюда. Вот эту мымру мы ищем?
Я сцепил зубы, выдохнул через нос и, подойдя, заглянул в волшебную книгу. На меня смотрело узкое лицо рыжего небритого мужчины в широкополой соломенной шляпе с оплывающими горящими свечами вокруг тульи.
— Портрет французского художника Винсента Ван Гога. Похож?
— Похож, — согласился я. — Только там не мужчина, а женщина была.
— Хм…
— В смысле?
— Чего?
— В смысле этого «хм»? — повторил я.
Катя не слышала меня и не видела даже боковым зрением. Ей было интересно что-то иное, в левом углу сияющего экрана. Я опустил взгляд за её плечо, умудрился не утонуть в медовой ложбинке меж её грудей и вздрогнул — на меня в полупрофиль смотрело искажённое злобой женское лицо в обрамлении седых кудрей. Глаза были сощурены, рот оскален в крике или рычании, а выпирающий кадык… Ого?!
— Вот и я о том же, — многозначительно кивнула моя Хозяйка. — Не фиг на женщин всех собак вешать, тут у нас, похоже, трансвеститус натуралус нарисовался!
Я начал лихорадочно перебирать в памяти наши короткие встречи с этим пугалом на кладбище, когда оно в меня ещё и пальнуло.
Рост, походка, фигура, нелепый наряд. С одной стороны, женщину так одеться нипочём не заставишь, если только она на скотобойне не работает — быков до разрыва сердца доводить. А с другой стороны, я в Оборотном городе и поэкстравагантнее (правильно выговорил?) дамочек видел. Ведьмам закон моды не писан, а личный вкус они всегда считают идеальным, впрочем, как и вообще любая женщина.
Ну да бог с ним. Сейчас интереснее, что ж это за маньяк термический, со свечками в голове по мою душу бродит. И зачем ему курьера туда-сюда таскать? Ладно бы съел, это хоть как-то понятно. Но чтоб уже второй раз Хозяйке под кровать подкидывать — это что-то запредельное, за гранью ума и логики…
— И главное, никаких конструктивных мыслей, — поддержала меня умная Катенька.
