Все же этот юноша, несомненно, казался доктору Брауну старше по развитию, чем его десятилетний сын Дон, взять хотя бы тот факт, что его ругательства имели более интеллигентный характер.
Хотя это, наверное, проблема воспитания, а не возраста.
– Я смотрю, маму ты тоже протираешь каждый день и бережно относишься к ней.
– Да, я маму иногда открываю, чтобы прочесть, но сразу же закрываю. Потому что трудно.
Фредерик вспомнил, что хотел после работы заехать в книжный магазин и купить обещанные книги Дону.
– Ты, наверное, чего-то не понимаешь? Она написана сложным для тебя языком?
– Да, очень сложным.
– Письма мамы кажутся тебе более понятными, правда?
– Да. Там всегда написано простым языком.
– Хорошо, Уильям. Ты знаешь, я тебе хочу сказать, что не стоит расстраиваться по поводу Библии. Ты и не обязан ее сейчас понимать. Для каждой книги всегда приходит свое, самое подходящее время. Если трудно читать, то закрой и не открывай ее больше. Забудь, спрячь далеко или выброси! Однажды эта книга сама попадет к тебе в руки самым неожиданным и странным образом, ты откроешь ее и все поймешь.
Это правда!
Я хочу завтра принести тебе другую книгу. Говорю сразу – тебе совсем необязательно ее открывать, Уильям, но мне почему-то кажется, что она тебе может понравиться.
– Мне не нравится читать книги, Фре.
– Потому что тебе не попадались интересные книги, Уильям.
Юноша вдруг неожиданно засмеялся.
– Что тебя рассмешило, если не секрет?
Голубоглазый собеседник, который показывал свои глаза сейчас только небу и снежным лесам, перестал смеяться.
– Вы только что сказали, что принесете завтра книгу.
– Да, а что в этом смешного?
Уильям снова засмеялся.
– Погоди, Уильям… Я, похоже, понял, почему ты надо мной сейчас смеешься. Дай мне всего двадцать минут, хорошо?
– Хорошо, Фре, – ответил юноша, продолжая смеяться.
Доктор Браун выбежал из палаты в коридор и со всех ног побежал к лестнице, затем быстро спустился на первый этаж, накинул верхнюю одежду и покинул больницу.
Фредерик вернулся в палату Уильяма лишь спустя сорок минут.
– Я принес тебе обещанное мороженое, Уильям.
– О, спасибо, – возрадовался юноша, но совсем не торопился идти за желанным десертом.
– Я оставлю его на столе, хорошо?
– Да.
Фредерик положил на стол небольшое ведерко мороженого с зеленым чаем. Как он мог забыть о своем обещании?
– Тебе теперь не смешно оттого, что я завтра принесу тебе книгу?
– Нет, Фре.
