Глаза теперь были подёрнуты блеклой плёнкой слепоты. Всё тело ссохлось, состарилось. Лицо осунулось, скулы заострились, щёки впали, а когда-то алые и полные губы просто превратились в бескровные ниточки. Из мёртвых глаз показались слёзы, и по её сморщенной щеке пробежала прозрачная слеза. Одна, затем другая.
Страшная сгорбленная, сломленная старуха. Вот, чем стала Моника.
— Кайл? — сдавленно позвала вампира.
Он тут же словно вырос передо мной. Схватила его за руки и толкнула магию к нему. И сила, будто узнав родной дом, бросилась к любимому хозяину в объятия.
И она снова стремительно понеслась, но уже из меня.
Кайл охнул от неожиданности и радостно засмеялся, когда сила окончательно была передана ему.
В порыве неожиданного счастья и облегчения он обнял меня и произнёс:
— Спасибо-спасибо-спасибо, госпожа!
И не успел Рагнар возмутиться, как Кайл уже отпустил меня и бросился к князю, схватил опешившего Рагнара и тоже обнял со словами:
— Отныне я ваш вечный раб, Великий Князь! Ваш и вашей невесты! И я готов принести клятву верности на крови!
— Обязательно принесёшь, — произнёс Рагнар и отлепил от себя вампира, который светился от счастья и то закрывал глаза, прислушиваясь к себе, то смотрел на свои руки, на пальцы, на которых появлялись искры редкой магии.
Волновался. Плакал и говорил, что давно потерял веру, но судьба вернула всё на свои места. И её верный спутник, бумеранг, больно прошёлся по всем нашим врагам.
А Моника… Моника без магии угасла на наших глазах. Не стало грозной, самовлюблённой вампирши.
Но отчего-то чувства радости и ликования над побеждённым врагом я не испытывала. Ничего не испытывала, кроме возникшей внутри пустоты и грусти.
Эпилог
Дарртан Хеллс
— …Верный народ для хорошего правителя всегда будет подобен мечу! Но нельзя позволять оружию ржаветь — его нужно холить, лелеять и применять строго по назначению! — вещал своим помощникам и министрам светлейший князь Дарртан.
Придворные, что ранее льстиво поздравили истинного князя с возвращением, внимали каждому его слову, боялись даже вздохнуть.
Ведь после свержения лжеправителя они все от княжеской души получили нагоняй, а многие и вовсе голов лишились.
Наводить порядок со слов князя — дело утомительное и неблагодарное. Но злой энтузиазм князя не угаснул даже спустя две недели.
Он буквально держал железной рукою всех за причинное место.
В общем, речь вампир как всегда закончил эпично, потом махнул на всех рукой и отпустил, пока снова не решил кого-то казнить.
