У меня так не получится.
Она опять произнесла имя. Подошла к нему и взяла его руку в свои ладони. Такие теплые и такие нежные. Совсем не похожие на холодные и чуждые прикосновения лепестков.
— Пожалуйста…
— Пожалуйста проснись."
"Он открыл глаза. Ему снился странный сон. В нем он видел ожившую звезду, облаченную в броню из света. Они даже о чем-то разговаривали. Только не мог вспомнить.
— Ты меня напугал.
Он повернулся к ней. Такой же милой и приветливой как и всегда. Вся в белом, она…
— Боря, нам на процедуры, — медсестра подвезла к нему навороченную каталку, с приделанной к одному из бортиков клавиатуры.
Мария или Надежда… он плохо помнил, как её звали, но с благодарностью принял помощь и, спустя четверть часа, уже ехал по коридорам.
Сегодня очередной день очередных процедур. Но он выдержит и вытерпит. Ведь с каждой такой он приближался к тому, чтобы ему, уже, наконец, установили эту непонятную “нейросеть”. Чтобы та не означала.
— Подожди меня здесь, ладно? Только никуда не уезжай! — она улыбнулась своим словам так, словно сказала какую-то очень жизнерадостную, поднимающую настроение шутку.
— Я в кабинет, узнаю можно уже или нет и сразу вернусь.
С этими словами она исчезла за поворотом, а он остался в коридоре. Напротив окна, с которого открывался вид на крыши и дороги, тянущиеся к горизонту, мерцающему огня рассветного залива.
— “Ну здравствуй, Город”, — как и всегда мысленно поприветствоал он своего товарища.
— “Ну здравствуй”, — ответил ему весенний бриз.
Он прикрыл глаза и повернул рукой лицо, подставив то порывам ветра.
Да, он не мог их почувствовать, но фантазировать никто ведь не мешал.
— Ой, простите…
Или мешал.
Он открыл глаза. Перед ним стоял мужчина в пальто и широкой, глупой шляпе.
— Совсем вас не заметил, — произнес некто.
Он снял красные перчатки и протянул ладонь.
— Хельмер, — представился он именем не менее забавным, чем все та же шляпа.
Глава 1748
— Кажется странным, да? — спросил незнакомец, улыбаясь как-то странно… одними глазами.
Некто Хельмер опустился рядом, усевшись на небольшую скамью, приставленную к стене. Тут часто собирались родственники и друзья, ждущие от врача хоть какой-нибудь весточки.
Скорбное место. Неприятное. Он бывало даже замечал, как дети, пришедшие вместе с родителями, отказывались садиться здесь. Может, конечно, просто суеверие, ошибка обратной логики, а на деле дети просто уставали сидеть в пути к больнице, расположенной далеко не в центре Города.
