С горбом, выглядящим скорее второй головой, чем свидетельством о том, что даже самые могучие люди с годами склоняются перед властью времени. А в том, что она была могущественна — сомневаться не приходилось.
В глубоких глазах сияла не самая привычная Безымянному Миру сила. Не та, что годится повергать целые города и страны или одерживать победы в сокрушительных битвах.
Нет-нет.
Вряд ли эта старуха могла одержать победу даже с неприглядной серой мышкой, которая в данный момент скреблась где-то в дальнем углу.
И все же в её глазах отражалось нечто такое, чего Хаджар уже давно не видел.
Это были не знания или мудрость, а нечто иное. Нечто, чему сложно подобрать слова, если не встречался с таким прежде. Что-то сродни пониманию. Глубинному, истинному. Такому, которого достаточно, чтобы… чтобы… Хаджар не знал, что именно достаточно этому “пониманию”.
— Меня зовут…
— Гвел, — перебил Хаджар и мысленно добавил, что вот уже второй раз за краткий срок он просыпается в обществе избитой жизнью старухи.
Наверное — не самое лучшее совпадение. И не хотелось бы, чтобы это превращалось в закономерность.
Старуха выгнула бровь, на которой осталось всего несколько прозрачных волосков и растянула тонкие, блеклые губы в улыбке, где обозначилось всего несколько кривых, желтых зубов. Но по странной причине зрелище не выглядело отталкивающим, а лишь вызывало уважение к тому безумно длинному жизненному пути, что она прошла.
— Вспомнил? — задала она внезапно странный вопрос.
Хаджар не сразу понял, о чем идет речь, после чего несколько заторможенно ответил.
— Дубрава говорила что-то о том, что старая Гвел поможет.
— Старая, — фыркнула женщина. — Кто из нас двоих еще старая… эта ведьма еще даст мне фору, пусть и выглядит лучше благодаря своей магии. Но я, если честно, слегка подустала от того, что мне каждый раз заново приходится укреплять тело и душу для владения словами и в этот раз решила немного отдохнуть от ворожбы.
Только теперь Хаджар заметил, что у старухи нет ни странных склянок, ни посоха, ни каких-либо других атрибутов уважающей себя колдуньи. Она скромно сидела на простом табурете, укутанная в теплые одежды. Её руки, сложенные друг на друга, тонкие и сморщенные, словно соломинки, перебирали легкую пряжу.
И только спустя несколько мгновений Хаджар понял, что именно он услышал.
— Каждый раз заново?
Гвел снова улыбнулась… вернее — насмехнулась.
