Через пару минут я мрачно смотрю на город, пока в другой стороне от меня шушукается и хихикает вторая парочка, а женщина громко щелкает фотоаппаратом.
Капец романтика. Романтичнее только в набитом тамбуре в электричке ехать вдвоем.
Ну и еще профессору кто-то позвонил на телефон еще пока мы стояли в очереди, и он, судя по его лицу, будто планирующему массовое убийство, сейчас слушает что-то крайне важное, заняв маленькую сидушку посреди кабинки.
Мда.
Я-то хоть за полторы тысячи на город с высоты погляжу.
А он? Заплатил эти деньги, чтобы сидеть и болтать с кем-то? Аргх.
— А вы не могли бы сфотографировать меня? — обращается внезапно ко мне женщина, и я уныло поворачиваюсь к ней.
— Да, конечно, давайте. — без энтузиазма отвечаю я. Классно. От души развлекаемся за полторы тысячи-то.
Отфоткав тетю в разных ракурсах, я опираюсь на перила кабинки и смотрю, как мы поднимаемся выше и выше. Даже как-то уже неинтересно. Город и город..."
"Внезапно я чувствую ,как у меня встают волоски дыбом на руках, а затем ко мне сзади прижимается большое и очень горячее тело, сгребая в свои жуткие объятия.
Я не успеваю ахнуть, как его рука проскальзывает мне прямо под футболку и внезапно сжимает грудь в лифчике.
Мой рот беззвучно распахивается и я в шоке закрываюсь руками. Тем самым еще сильнее стискиваю руку профессора и у меня бегут странные мурашки по телу.
— Интересно, Цветкова? — слышу я его низкий голос возле уха. Блин, ты что, сумасшедший?! Мы в кабинке с толпой людей!
— Прекрати! — шепчу я испуганно.
Мне кажется, что он слушается, и его рука немного опускается вниз, но лишь для того, чтобы в следующий момент сотворить кое-что более неприличное - оказаться теперь под лифчиком на моей голой груди. Мне кажется, мои глаза вот-вот выпадут из орбит. — Да что ты творишь! Тут люди!
— Никто не смотрит.
— Да что ты? Кабинка прозрачная, на нас весь город пялится!
Я чувствую, как он наклоняется к моей шее и медленно проводит по ней губами, выдыхая тихонько теплый воздух на кожу.
Мои ноги начинают медленно слабеть и дрожать. Я закрываю глаза, надеясь, что на нас действительно никто не смотрит, а профессор прижимается щекой к вспыхнувшей от его дыхания коже, и тихо произносит:
— Цветкова, я хочу тебя. Займемся этим в машине?
— Н-нет. — вылетает у меня едва слышимое. Мурашки от его голоса.
— Тогда прямо здесь?
— Тут же люди. — мрачно произношу я. Я уже даже немного рада этому факту.
