— Не думаешь же ты…
— Что это дело рук Джереми? — Никос был уверен в этом. — Возможно. — Он был уверен и в том, что свидетелей им не найти.
Он открыл дверцу своего «БМВ», и Мишель села на пассажирское сиденье. Через несколько секунд заурчал двигатель, большой автомобиль одолел подъем и выехал на дорогу.
Миновав пару кварталов, Никос остановил машину у тротуара, не выключая двигателя, перегнувшись, открыл дверцу перед Мишель и крепко ее поцеловал. Под его пристальным взглядом она расстегнула ремень безопасности и вышла на тротуар.
Дел оказалось невпроворот. Ждала оформления и подписи целая стопка накладных, затем Мишель договорилась с багетной фирмой и позвонила еще во множество разных мест.
Ланч она съела, не выходя из офиса и не замечая, что именно ест, и звонок Никоса, прозвеневший в полчетвертого, застал ее врасплох.
— Твою машину подогнали к галерее. Ты не забыла, что в четыре у нас встреча с адвокатом? Я подъеду через пятнадцать минут.
Да нет же, она, конечно, не забыла, только не думала, что время встречи подойдет так быстро.
— Спасибо.
Она испытала чувство удовлетворения, ставя свою подпись на оформленном по всем правилам заявлении. Ну вот, теперь дело в руках закона. Мишель вздохнула с облегчением.
Было почти пять часов, когда Никос остановил «БМВ» у галереи. Она пересела в свой «порше» и, следуя за ним, доехала до дома.
На автоответчике горел огонек, она нажала на кнопку.
— Мишель, это Элоиз. Ты не позвонила, так что напоминаю — сегодня праздник в детском саду Филиппа.
Не забыла? В шесть тридцать.
— Кто этот Филипп? — спросил Никос.
— Мой крестник. Ему три года, и сегодня рождественский праздник в его детском саду. — Мишель заправила за ухо выбившуюся прядь волос. Вид у нее был растерянный. — Не понимаю, как я могла забыть. — Она бросила взгляд на часы. — Времени в обрез. Принять душ, переодеться, и пора ехать.
— Я поеду с тобой.
Мишель усмехнулась.
— На детский праздник?
— На детский праздник, — повторил он шутливым тоном.
Было весело. Родители столпились перед большой эстрадой на поляне, а малыши, в ярких костюмах, под руководством своих воспитателей, декламировали стихи, танцевали и пели вразнобой под магнитофонную запись. Порой кто-то из малышей сбивался и под общий смех, смущенный, просил подсказки у мамы.
Мишель стояла среди толпы, а находившийся рядом Никос старательно оберегал ее от толчков.
