Они с Годо были слишком разными, чтобы подружиться и хоть сколько-то думать друг о друге. Зато как она обрадуется всему привезенному! Сбудутся ее мечты: все хирдманы, кто пожелает, получат в жены тархановских девок и молодых вдов, она станет хозяйкой многочисленной челяди и скота. Она сама отберет тех, кто ей понравится, а лишних можно будет тут же, весной, отправить на продажу в Бьёрко, взамен купить там отличного свейского железа, бронзы, удивительной красоты серебряных застежек, перстней и браслетов, оленьего рога, моржового зуба, тонких шерстяных тканей… Вито будет богата, уважаема и счастлива.
И правда, останется желать только детей поскорее.
Двух человек из полона нельзя будет продать – кузнеца по имени Ольрад и его жену, которая пришла сама и потому не могла считаться пленной. Свен дал ей слово, что позволит ее мужу выкупиться на волю, отработав свою стоимость. Ничего невозможного: когда тот оправится от раны и сможет работать, толковый кузнец пригодится в таком месте, как Хольмгард. Свен даже взял у нее залог: шесть подвесок на очелье, серебряных, с узорными лучиками и двумя крохотными птичками, которые, клювами друг у другу, сидели на внутренней стороне кольца, будто в гнезде.
Или на краю неба. Ольрад и его отважная жена сами казались такими птицами: для нее гнездо было там, где он; сохранив мужа, она смирилась с потерей дома и не подавала вида, что жалеет о Тархан-городце. Свен надеялся, что вместе с этими подвесками к Вито перейдет и эта стойкость в несчастьях, отвага и способность к любви, что сильнее страха смерти.
Такая любовь одна способна заменить женщине все ее земное достояние.
И когда он увидит Вито, когда снова будет засыпать рядом с нею, ему наконец перестанет сниться посмертная невеста Годо, его незнакомая валькирия.
Но едва ли сам Годо жалеет о том, как все сложилось, думал Свен, глядя в небо, где серые облака скрывали от жителей земли сияние Валгаллы. Он тоже с детства знал: идущий на войну уже мертв, но быть воином – значит жить вечно.
Послесловие автора
Несколько лет назад, закончив роман «Малуша», я собиралась линейно продолжать действие и перейти к началу восточных походов Святослава. Начались они, как известно из летописи, с похода на Оку к вятичам. Однако тут я наткнулась на то обстоятельство, что самое интересное в жизни этого региона произошло лет за пятьдесят до появления в этих местах знаменитого князя-воителя. А значит, нужно было начать с начала и вернуться на полвека назад.
