С трудом держа костяную ложку онемевшими пальцами, он хлебал горячий жирный отвар, вылавливал куски вареной конины и глотал, почти не жуя, и чувствовал, как возвращается к жизни. Руки и ноги почти согрелись, в голове прояснилось. Немного наевшись и оттаяв, он уговорил Карабая и Тумака послать за вятичами, помочь им разложить костры и покормить. Даже горячий отвар на лошадиных костях сейчас был бы даром богов, спасающим жизни.
Выяснилось, что этой счастливой встрече Ярдар обязан торопливости хазар: спеша уйти со своими лошадьми от Ратиславля и скрыться от глаз смолян, они углубились в лес, чтобы сбить со следа, но ошиблись с направлением, заплутали, чуть не растеряли людей и только перед самой темнотой выбрались опять на Угру.
Попади они на верную дорогу сразу, к ночи ушли бы за много верст и вятичи больше их бы не увидели.
– Что делать-то будем? – спросил Ярдар, немного придя в себя.
Задавая этот вопрос, он чувствовал смутное неудобство, будто уже знал ответ, который ему не нравился.
Он, воевода, привык сам решать, что делать, но привык он и советоваться Азаром, числя тархана старшим над собой, а Карабай сейчас в его глазах как бы заменил Азара.
– Вы – не знаю, – ответил старик. – А мы постараемся завтра же уйти как можно дальше от этого проклятого места.
– Вы отступаете? – Ярдар повернулся к нему. – Вы не собираетесь…
– Мы возвращаемся домой, – подтвердил Тумак.
– Но это ведь только первое сражение! Мы еще можем…"
"– Не кричи, ты пугаешь лошадей! – остановил его Карабай.
– Наш бий погиб. Твой Хастен сгинул, наверное, и его прибрали боги мертвых. У меня осталось чуть больше половины людей и коней. У тебя – еще меньше, и к тому же весь ваш обоз – у русов.
– Но мы можем вернуться и отбить его!
– Этого похода хотел наш бий. Отец подбивал его мстить за брата. Но, видно, богам это было неугодно. Без бия наши люди больше не хотят подставлять головы ради вашего обоза.
– А добыча?
– Кое-что из мехов мы успели прихватить.
Это бедный край. Кроме куниц, здесь можно взять только челядь, но она теперь убежит на запад, а между нею и нами стоит войско русов. Разбить Улава у нас больше нет сил, а без этого и дани нам никто не даст.
– Но это значит… что мы позволим себя разбить и просто уберемся, поджав хвост?
– Нас привел сюда бий. Его больше нет, и нам остается только вернуться, сохранив свои жизни. У меня русы не убивали брата, – хмыкнул Карабай.
