– Коли они хазары, то мы с ними и не сговоримся. Ты по-хазарски разумеешь?
– Нет. Но вожак их в самой лучшей избе засядет, это я тебе верно скажу. А узнать его можно по одежде, по оружию.
– Где у вас лучшая изба? – Медведь обернулся к Долгенько.
– Моя, поди, – с досадой ответил тот, мысленно видя родной дом оскверненным. – Дед Сушила строил, она сто лет стояла, а такого позору не видала, да еще бы двести лет простояла…
– Покажешь твою избу. Ты, Рысь, туда пойдешь, возьмешь десяток. Восемь дворов у вас, да?
– Не все избы заняты, – вставил Крот.
– В трех печи не топятся.
– Значит, пять. Расходимся ватагами к каждой. Рысь, Лось, Волк, Кабан, Кречет. Я позади пойду, буду смотреть, кому подмога понадобится.
– Мне не понадобится! – заверил Рысь.
– Волк, ступай.
– Кожан, Лебедь, Выдра – за мной! – велел Волк. – Срезни приготовьте."
"Он отобрал самых метких стрелков – от быстроты и точности стрельбы, а еще от умения хладнокровно, скрытно подобраться на нужное расстояние зависел успех всего дела.
Кожан сбросил на снег свой короб и прочее лишнее, оставив на плече лук в налуче, тул со стрелами и топор в деревянном чехле – за поясом сзади. Срезней у него было десять – немалое богатство для лесной жизни. Не держа своей кузницы, вилькаи, если обнаруживался недостаток стрел, выменивали их у кузнецов на дичь или шкуры. Сами в селения не ходили, пользовались гонцами из числа бортников или зелейников, что живут в лесу. Потому как вилькай – волк, ему в жилье вступать нельзя.
В душе Кожан был горд, что Волк выбрал его, но не удивлен. С самых постригов[50] он бегал среди отцовых хирдманов с деревянным мечом, а стрельбе начал обучаться с шести лет. К приходу в стаю он был лучшим лучником не только среди одногодков, но и среди тех, кто постарше. Теперь ему предстояло применить свое умение для дела жизненно важного. Он пока не думал, что принесет им успех, но чутье прирожденного вождя говорило: настоящие слава и добыча, взрослые, не мальчишеские, уже на расстоянии протянутой руки.
Знай сумей схватить.
– Мы чего, будем в избы ломиться? – расспрашивали Медведя по дороге, пока скрытно, вдоль опушки, не показываясь из тени, пробирались вниз по пригорку к веси. – Они ж небось там заперлись.
– Постучим! – хмыкнул Рысь. – Они и отворят. Тук-тук, кто в избушке живет? Повернись к лесу задом…
– Да не надо ни ломиться, ни стучать! – возражал умный Крот. – Они ж там пьют, едят… эй, дядя? – он оглянулся на Долгенько.
