Разве можно гордо носить порванную в клочья одежду?
Мо Жань закрыл глаза, костяшки его пальцев побелели, сердце сжалось от страха.
Вспомнив прошлое, он больше не мог наслаждаться радостной атмосферой кануна Нового года или успокаивающей душу мелодией гуциня Чу Ваньнина.
Все, что осталось в его голове — это холодный наполненный безумием голос. Он вылетел из пыли памяти, как стервятник, и долго кружил в воздухе вокруг него.
«В аду слишком холодно без тебя, Чу Ваньнин. Ты должен быть погребен вместе со мной, иди ко мне!
Может, ты и божественный свет для других.
Такие как Сюэ Мэн, Мэй Ханьсюэ и другие твои последователи ждут, чтобы ты снизошел до них и осветил их жизнь своей мудростью. Величайший образцовый наставник всех времен, мудрый Учитель Чу... — медово-сладкий голос был полон насмешки. Но этот смех звучал горько и обреченно, как будто душа говорившего раскололась пополам. Наполнившись яростью и злобой, этот голос стал подобен громовому раскату. — Но как же я?! Ты когда-нибудь освещал мой путь!? Когда-нибудь ты видел меня, согревал своим теплом? Почему от тебя мне достались лишь шрамы на теле, величайший мудрец Чу Ваньнин?!
Но я все равно хочу, чтобы ты был только моим, и твоя жизнь принадлежала только мне.
Твой огонь — только мой, я заберу его с собой в царство мертвых. Твой свет может освещать только мои кости. Я хочу, чтобы ты сгнил вместе со мной в одной могиле. В жизни и смерти ты не сможешь сбежать от меня…»
Все вокруг затряслось от криков одобрения и аплодисментов.
Мо Жань резко открыл глаза. Холодный пот пропитал одежду.
Представление закончилось, и все ученики радостно хлопали в ладоши. Мо Жань сидел в гуще общего веселья, чувствуя, как перед глазами мелькают размытые образы, от которых кровь отлила от лица и тошнота подкатила к горлу. Он смотрел, как Чу Ваньнин медленно спускается по деревянным ступеням с гуцинем в руках.
В этот момент, впервые в жизни, он почувствовал сомнения. Ему вдруг показалось, что в прошлом он, определенно, сошел с ума.
На самом деле, Чу Ваньнин был не таким уж плохим человеком…
«Я снова здесь... Зачем?»
Крепкий алкоголь опалил горло.
«В конце концов, я могу быть в дурном настроении! В конце концов, я могу устать и оступиться! В конце концов, я мертвецки пьян!»
Автору есть, что сказать:
Маленький спектакль: «Актеры о психологии своих персонажей».
Мо Вэйюй: — Мне правда кажется, что в прошлой жизни я был сумасшедшим безумцем. Режиссер дал мне эту роль.
