В коробочке обнаружилась сушеная трава, пару щепоток которой Винсент сыпанул в чайник. Плеснул воды, накрыл крышкой. Уселся напротив, вроде бы не прикасаясь к чайнику, но вскоре тот зашумел, закипая.
– Научишься, – сказал он в ответ на мое безмолвное изумление. – Освоишься с даром как следует, и можно будет потихоньку пробовать стихии, а потом и бытовую.
– Бытовая сложнее? – удивилась я.
– Сложнее, потому что это несколько стихий в сочетаниях, не всегда очевидных. Проще, потому что тянет не так много сил.
– Он пожал плечами. – Нанимать бытовых магов может позволить себе король и самые богатые вельможи, но никто не мешает научиться таким вещам для себя. Быстрее и удобнее, чем искать толковую и расторопную прислугу.
«Выпрет из университета – пойду в служанки», – мрачно хмыкнула я про себя. Если тут такой спрос на толковых и расторопных. Только надо будет не забыть вытребовать у профессора рекомендации в качестве компенсации морального ущерба. Вот ведь прицепился, в самом деле весь мозг выел!
Тем временем на столе появились чашки – нормальные чашки, а не наперстки на пару глотков.
Винсент наполнил их, одну пододвинул ко мне. Я обхватила ее руками, вдыхая травяной аромат, одновременно свежий – без мелиссы явно не обошлось – и сладковатый. Попробовала.
– Очень вкусно, спасибо.
– Не за что. – Он отхлебнул из своей чашки, помолчал, точно так же, как я, покачивая ее в ладонях. Поставил на стол и улыбнулся. Я мысленно выругалась, обнаружив, что расплываюсь в ответной улыбке.
Наваждение какое-то, честное слово!
– Неудачно началось знакомство, а потом и вовсе все пошло наперекосяк, – сказал Винсент. – Попробуем сначала?
Понял, что давить на меня бесполезно, и решил сменить тактику?
– Не будь такой подозрительной. – Ответил он на невысказанные мысли.
– А ты не читай меня, – буркнула я.
– Не могу. Ты же не можешь не слышать?
Еще как могу! Я и под соседскую дрель могу уснуть, если очень спать хочется.
– Перстень надень."
"– Догадалась, значит? – Он извлек украшение из воздуха, демонстративно надел на палец.
– Вот так, теперь мы на равных.
Я покачала головой.
– Не на равных. Даже если сейчас ты поишь меня чаем и позволяешь говорить «ты», ты все равно остаешься профессором, а я – студенткой, которая может вылететь из университета по одному твоему слову. Не говоря уж обо всем остальном – я обвела взглядом кабинет, обставленный добротными и явно недешевыми вещами.
– Это правда.
