Да и вообще, я счастлив. Даже не представляешь, как я счастлив! Не у каждого есть такие дети. Вы же мои дети, Слав! Мои родные. А не только ее…"
"Славочка ложился спать, одержимый мыслью, что будет ездить к отцу каждый месяц. А наутро они тепло простились у поезда, не чувствуя ни стыда, ни неловкости. Славочка махал из полупустого вагона, по-детски прижавшись щекой к окну ВИП-купе, а отец стоял, растирая корявыми пальцами влажные щеки.
– Я приеду! – беззвучно кричал Славочка за толстым двойным стеклом.
И больше не приехал никогда…
Глава 31
Разгневанный Игорь Григорьевич Прудов хлопнул по Асиному столу пачкой распечатанных листов А4.
– Ну вот интервалы между словами какие? Поля какие?
– Какие? – растерянно переспросила Ася.
– Разные, понимаешь, раз-ны-е! – Он покраснел от бешенства.
– Текст хороший? Данные верные? Материал логически выстроенный? Шрифт единый? Работа сделана быстро? Тогда какая разница, разные интервалы или одинаковые? Шеф прочитает это один раз и выбросит к чертям собачьим.
– Ася даже не пыталась сдерживать негодование.
– Ты мне все портишь! – Игорь Григорьевич нервно наливал в прозрачный стаканчик воду из кулера и пытался найти в карманах валидол.
– Отдайте Милене, она исправит.
– Милена и так занята, головы не поднимает, а ты диверсию творишь.
Милена, бесконечно пасущаяся в Тиндере[22], утверждающе хихикнула.
Ася уронила голову на руки и тихо сказала:
– Ладно, выровняю ваши долбаные поля.
Слезы капали на буквы, заливаясь в пространство между клавишами.
Текст на экране плыл, Ася пыталась мышью найти нужную иконку.
– Ну че ты так убиваешься? Ну, ей-богу, поправь интервалы и забудь. – Юлька, пригласившая Асю на эту работу, уже начинала жалеть об этом.
У Аси всегда текли слезы. Когда она приезжала утром, неизменно опаздывая, потому что обязательно задевала бампером своей машины какой-нибудь столб или вляпывалась в ДТП. Когда получала задание в течение дня, потому что это был ненужный доклад шефа для ненужного совещания.
Когда уезжала домой, потому что не хотела возвращаться в квартиру, где каждая безделушка напоминала ей о четырнадцатилетней замужней жизни с Нехорошевым, которого, как выяснилось, она давно раздражала. Расставание было коротким, как удар меча по горлу. Он посадил ее напротив себя и в долгом и продуманном монологе объяснил, почему с ней невозможно жить. Ей нечего было сказать в ответ. Она не подготовилась. Он собирал вещи неспешно, несколько недель.
