Закрываю глаза, стараясь унять слезы, которые хотят вырваться наружу, и прижимаюсь к нему сильнее, как в детстве.
— Ну как я вам? — на балкон залетает Эмми, и заставляет искренне порадоваться её появлению. — Похожа на Медею? — крутится вокруг своей оси и улыбается во все зубы.
Она надела мои джинсы, объемную кофту, сверху накинула дутую куртку, а пол своего лица прикрыла кепкой и очками. Забавно видеть подобие себя в такой хрупкой, милой девушке.
— Похожа-похожа, — смеётся папа. — Только сними очки, на улице дождь моросит.
— Медея носит их вне зависимости от времени года и погоды. Да, сестрёнка? — она с такой гордостью говорит обо мне, что становится неловко. Не того человека она выбрала для подражания.
— Да, родная. Тебе все очень идёт, — не могу насмотреться на неё. — А ты куда собралась?
— Мы с музыкальной группой едем в боулинг.
— Такси подъехало? — интересуется папа.
— Да, оно меня уже ждёт. Так что, я побежала, — она целует папу и, обняв меня, вздрагивает от испуга, когда раздаётся сильнейший гром, сотрясающий окна.
"
"— Всего лишь гроза, — шепчу ей на ухо и прижимаю крепче. — Будь хорошей девочкой.
Она машет нам рукой и спешно выбегает из помещения, оставив приятный след за собой. Но что-то внутри меня ёкает, цепляет за самую глубинную часть, и я выбегаю вслед за ней.
— Эмми, — зову ее, когда она уже открывает входную дверь, — Постой.
— Что случилось?
Ничего. Ничего не случилось. Но мне так захотелось ещё раз её обнять. Прижать к груди, сказать, как она красива, и как я люблю её.
Это было похоже на резкую нехватку человека, которого ты видишь настолько редко, что всегда боишься во время встречи, что она окажется последней.
С трудом отпускаю её, стараясь не показывать своей вспыхнувшей тоски, и возвращаюсь на балкон, чтобы посмотреть на неё через окно.
— Вот и она стала взрослой, — папа кладёт руку на плечо, понимая мою грусть. — Это нормально, дочка, что те, кого мы стараемся беречь сильнее всего, в конце концов, взрослеют и стремятся к свободному полету.
Вот мы видим, как она выходит из подъезда, прикрывшись от ветра воротником куртки, и стремительно направляется к желтому такси, припаркованному у обочины. Все кажется нормальным, как вдруг мое внимание резко падает на странного мужчину, стоявшего около дома, который, заметив ее, бросает сигарету и следует за ней. Я не могу разглядеть его лица, так как он умело его прячет.
— Что-то не так, пап, — мне становится страшно.
