Просто так, для надежности. Хреново быть слабым звеном… или попросту представляться кому-то слабым звеном.
– Бред…
– А так оно всегда и кажется, – сказала Даша. – Трудно поверить, что собутыльники и подельники – такие козлы… Хотите, выпущу? Вот возьму да и выпущу? На все четыре стороны. Что опять ерзаете? Не хотите уже? Я над вами ничуть не издеваюсь, но на лице у вас столь мучительное раздвоение личности сейчас обозначилось, что хохот берет… Вам облегчить задачу? Да, мы можем договориться… в том случае, если вы не совершили чего-то такого, после чего никакие договоры невозможны… Скажем, убили кого.
Убивали кого-нибудь в последний месяц?
– Нет. И раньше тоже не убивал…
– Значит, есть шанс.
– А вот потом-то меня и… – он сделал красноречивый жест.
– Значит, есть за что?
– Нет, я чисто теоретически. Вы же сами сказали – кому-то может попросту взбрести в голову черт знает что… Нет у меня в загашнике никаких роковых тайн.
– Как писали в старинных романах, позвольте вам не поверить, – сказала Даша.
– Будем договариваться?
– Представления не имею, что мог бы вам предложить…
– Ну, тогда займемся скучными буднями… – пожала плечами Даша. – На вас тут лежит заявление гражданки Евдокимовой… Не желаете ознакомиться?
– Вздор… – проворчал он, ознакомившись."
"– Не скажите. Есть статья. Ограничение свободы – до двух лет, арест – от четырех до шести месяцев, лишение свободы – до двух годочков…
– Глупости. Это была шутка. Она сказала, что может и накропать мемуары, а я достал газовик, упер ей в лоб и сказал – убью… Она шутила, я тоже.
И не было никаких свидетелей…
Вообще-то, он был прав – Ниночкино слово против его слова, к тому же Ниночку еще надо отыскать…
– Хорошо, – сказала Даша. – К этому эпизоду вернемся попозже. А сейчас вдумчиво займемся покойной Маргаритой Монро. В каких вы с ней были отношениях?
– Знакомый. Пили вместе, в одних компаниях.
– А спать вместе доводилось?
– Вот уж нет. Не люблю «пепельниц».
– А сегодня кого сняли? – усмехнулась Даша. – Если это не пепельница – тогда я мать-аббатиса…
– Ну и что? Эту я видел первый раз в жизни, а на Риткину постельную жизнь насмотрелся. Только что свечку не держал… Я не эстет, но какая-то разборчивость должна быть.
– Ну, и кто, например?
– А это надо?
– Надо.
Повздыхав, он принялся перечислять фамилии. Добрых две трети длиннющего списка были Даше уже знакомы, но и кое-что интересное попадалось.
