Повезло, что сильный ветер гнал дым в противоположную от дороги сторону и быстро развеивал его. Не дожидаясь полной готовности пищи, солдаты рвали зубами полусырое мясо, торопясь набить пустующие почти двое суток желудки.
Алекс тоже едва не поддался всеобщему помешательству. С большим трудом он дождался, когда нанизанный ни нож кусок мяса можно было считать прожарившимся. Правда, некоторая часть куска успела обуглиться во время приготовления, но капитану было на это наплевать. Не обращая внимания на боль в обожженном рту, он поглощал пресные почерневшие волокна, еще недавно бывшие овечкой, мирно пасущейся в этих горах.
Невольно подумалось, что сказали бы завсегдатаи столичного ресторана «Тюба», увидев отпрыска одного из богатейших семейств за пожиранием с ножа куска обугленного мяса без соли. Их мнение интересовало Алекса меньше всего, сейчас это была пища, это была жизнь.
Покончив с первым куском, офицер тут же взялся за второй. На этот раз он действовал менее торопливо, да и некоторый опыт уже появился.
Потому и результат получился намного лучше. Пока мясо остывало, Алекс смог критическим взглядом окинуть место дневки, возмущению его не было предела и оно требовало немедленного наказания виновных. Но, так как виновной была вся вверенная ему рота, офицер сумел сдержаться. Для начала он закончил свой ужин, умылся водой из фляги и, насколько было возможно, привел в порядок форму. А затем, безжалостно прервал процесс набивания животов для унтер-офицеров.
— Вы унтер-офицеры руоссийской армии или кто?! Тогда почему я сейчас вижу перед собой филиал скотобойни, а не лагерь регулярной пехотной части?! Голод — это не повод для того, чтобы опускаться до скотского состояния! Немедленно привести нижних чинов во вменяемое состояние! Костры погасить! Бардак убрать! Посты выставить!
Унтеры и сами выглядели не лучше своих подчиненных, а потому молча «ели» разгневанное начальство глазами, осознающими всю глубину своего падения и обещающими полное исправление в кратчайший срок, буде на это разрешение.
Разрешение не замедлило последовать, голос капитана Магу улетел в область высоких частот, едва не сорвавшись на визг.
— Выполня-ать!
— Слушаюсь, господин капитан!
Унтеры синхронно развернулись кругом и отправились приводить в порядок солдат, а заодно и расправу чинить над особо в беспорядке виновными.
Чтобы немного успокоить нервы, а заодно и на местности сориентироваться, капитан вышел за пределы лагеря и взобрался повыше на скалу, откуда открывался хороший вид.
