Поговаривали, что там на прилавках есть все, начиная от совершенно недоступных дубленок и заканчивая такой милой ерундой, как заколки-невидимки, украшенные пластмассовыми цветочками… Но я, естественно, никогда не бывала в элитарном отделе, а выйдя замуж и став женой преуспевающего бизнесмена, предпочитала ЦУМ или маленькие бутики. Потом последовал развод, из обеспеченной дамы я мигом превратилась в бедную, и вопрос о покупке одежды отпал сам собой. Сейчас я не так плохо зарабатываю, но по старой памяти бегу на рынок.
Впрочем, Катюша присылает из Америки регулярно посылки. Не далее как неделю назад мы получили с оказией огромный ящик из-под сигарет «Мальборо», набитый под завязку всякой всячиной.
Следует признать, однако, что нынешний ГУМ разительно отличался от прежнего. В нем практически не было покупателей. Редкие люди бродили по роскошным отделам, где на полках, вешалках и стеллажах находилось огромное количество красивых вещей. Да и продавщицы резко изменились. Вместо толстых баб предпенсионного возраста в синих халатах за прилавками стояли молодые женщины, изо всех сил старавшиеся угодить покупателям.
Секция «Бирмолина» не была исключением.
Не успела я шагнуть на бежевый ковролин, как ко мне со всех ног кинулась девочка в узеньком темно-бордовом костюме.
– Заходите, у нас сейл.
– Кто? – не поняла я.
– Распродажа.
– А-а-а, простите, Алена тут?
Продавщица поскучнела и крикнула:
– Лена, выйди.
Из заднего помещения показалась еще одна сотрудница, тоже в бордовой униформе.
– Слушаю.
– Мы договаривались пообедать в «Ростиксе».
– Здравствуй, – неожиданно улыбнулась бывшая жена Селиванова, – сколько лет, сколько зим! Рада тебя видеть, пошли!
Потом она повернулась к внимательно смотревшей на нас продавщице и сказала довольно весело:
– Риточка, справишься одна? Видишь, подружка пришла!
– Иди, иди, – разрешила та.
Мы вышли из отдела и направились в конец линии.
– Извините, – нарушила молчание Алена, – Рита невероятно любопытна и отвратительно болтлива, мне не хотелось, чтобы у нее возник интерес к нашей беседе.
А так, ничего особенного, просто трапезничаю со знакомой.
Добравшись до «Ростикса», мы взяли по куриной грудке и уселись у огромного полукруглого окна, тянувшегося от пола до потолка. Через него был виден вход в ГУМ.
– Как ваша фамилия? – неожиданно поинтересовалась Алена.
– Романова, – удивленно ответила я."
"– Романова, Романова, – стала повторять она, перелистывая толстую, растрепанную записную книжку.
