Правда, я от ощущения тут же абстрагировалась, напомнила нервно:
– Но твоя репутация…
– А что с ней?
– Не притворяйся, – я злиться начала, – ты прекрасно понял. Ты должен привлечь меня к ответственности, а вместо этого сам идёшь на преступление.
Высокопоставленный сотрудник Департамента магического правопорядка шумно втянул воздух и, наклонившись, шепнул:
– Не волнуйся. Со своей репутацией я как-нибудь разберусь.
Теперь были не мурашки, а какой-то совершенно неадекватный румянец. И продолжение от Идгарда:
– Айрин, я искал свою пару пятнадцать лет, и мне сейчас любые, даже самые необдуманные поступки простительны.
Но то, как рьяно ты сопротивляешься… Каторга милей?
Я вздрогнула и отрицательно качнула головой.
– Тогда прекращай спорить, – чуть смягчившись, сказал ищейка.
И я действительно прекратила, но от последнего вопроса всё-таки не удержалась.
– А этот обряд… Разве его не нужно как-то согласовывать?
– Нет. Отклик узоров является главным основанием, храм не имеет права отказать. Они обязаны провести обряд и зарегистрировать брак.
Брак. О небо! Я действительно выхожу замуж?
Наверное, с исчезновением блока в голове что-то повредилось. Мысли стали какими-то медленными, а часть происходящего не воспринималась вообще. Вот и начало церемонии я благополучно пропустила, а после того, как ответила «да» на вопрос, является ли моё желание добровольным, окончательно связь с реальностью потеряла.
Очнулась лишь после того, как Идгард сделал полшага навстречу и, наклонившись, накрыл мои губы поцелуем.
Увы, но в это мгновение мир сошел с ума…
Я сознавала, что мы в храме, что вокруг свидетели и, значит, нужно вести себя прилично. Только прилично не получилось – язык сам проскользнул в приоткрытый мужской рот.
Ид тут же застонал и прижал меня настолько крепко, что рёбра затрещали. Его руки заскользили по моей спине, а губы… О небо! Я точно схожу с ума."
"Там, внутри, вновь просыпался вулкан, а тут, снаружи, что-то неудержимо сияло. Это сияние я видела даже сквозь прикрытые веки, а когда всё-таки сумела оторваться от пьянящих, слишком сладких губ, поняла – это наши узоры светятся.
Вместе с рисунками сияли лица собравшихся храмовников, а отец Силтон и вовсе едва ли не приплясывал.
– Что происходит? – выдохнула я ошарашенно.
– Ничего особенного, – ответил Идгард. Слишком довольный, почти ликующий. – Обряд прошел успешно. Брачные клятвы вступили в силу.
– Да?
Я растерялась. Знала, ради чего все делается, но всё равно в недоумение впала.
