По факту это самый обыкновенный брак, и подобных союзов заключается ничуть не меньше.
– А храмовники? – не выдержала я. – Если верить вашим словам, то всё почти добровольно, но всем известно, что…
– Что всем известно? – лорд Джисперт тоже не выдержал, усмехнулся. – Разумеется, храмовники имеют некоторое влияние. Они могут настаивать на каких-то союзах, приводить свои доводы, но по факту выбор делают не они.
– Но все знают, – попробовала вернуться к прежнему аргументу я и была перебита…
– Все, – маркиз фыркнул.
– Айрин, ну сама подумай, что может быть известно «всем», если мы даже наличие Древней крови не афишируем. Вот ты, например, знаешь, кто из нынешней светской элиты является обладателем дара?
Я ответила сразу и без запинки:
– Лорд Тиар тес Норр. Глава Департамента магического правопорядка.
– А ещё?
В голосе Джисперта прозвучало нескрываемое веселье, и я, увы, осеклась. Просто на этом мои познания действительно заканчивались, и это при том, что вопросом пусть не рьяно, но всё-таки интересовалась.
Списки обладателей Древней крови в газетах и справочниках, увы, не печатали, и знали мы действительно немного. Но…
– Айрин, людям свойственно сочинять небылицы, – снова заговорил Джисперт. – И чем меньше у них информации, тем охотнее они это делают. Нам известно, какие слухи ходят о Древней крови, и мы могли бы эти слухи развеять, но зачем? Наделённые Древней кровью рождаются в семьях аристократов, где все и так знают правду. А если вдруг внезапно произойдёт тот единственный случай из ста, когда дар проснётся в простолюдине, то существует Храм, где всё объяснят.
Я откинулась на спинку стула и уставилась на собеседника невидящим взглядом. Какая-то логика в его рассуждениях точно имелась, но мне как тому самому «внезапному случаю из ста» легче не стало.
– А если простолюдин в Храм не пойдёт? – К счастью, мой голос не дрогнул, прозвучал совершенно спокойно.
– Да куда он денется? – встрял Осберт. – Ведь законы, в отличие от сведений о Древней крови, полностью прозрачны.
Меня едва не передёрнуло. Прозрачны, ага. Вот только…
– Это всё неправильно, – сказала я. – Нечестно.
Лорд Джисперт сделал недоумённое лицо, а Осберт поинтересовался:"
"– Что именно? В чём неправильность и нечестность?
Я хотела объяснить, но не смогла, а в разговор вступил герцог Раванширский.
– Айрин, Древняя кровь – дар достаточно ценный, и привлекать к нему лишнее внимание глупо, – сказал он.
