Неудивительно, что власть батюшки и его воля были настолько значимыми тут — против воли люди объединялись вокруг церкви, не имея никаких иных альтернатив на досуг и общение. И тут уже только от совести и чистоты самого священника зависеть будет, что в такой общине «расцветет». Очевидно, этим и можно было объяснить все то, что Захар уже узнал об укладе в селе от своей лэли, да и на что Сармат ссылался.
Это все заставляло тьму и безумие ворочаться внутри его сути с глухим, злым рыком. Требовало мести за любимую, желало заставить всех, кто унижал и мучил ее, понести ответ!
Однако Захар напоминал себе, что сюда ради Зоряны приехал.
В первую очередь, она нуждалась в том, чтобы посмотреть в глаза своему прошлому и собственным страхам. А его задача оберегать и поддержать ее в этом, как сама Зоряна поддержала Захара, не отступив и не испугавшись. И он ее не подведет.
— Вон тот, следующий двор, — жена протянула руку, указывая ему на нужный дом. — Там тетя Оксана живет… — явно нервничая, пусть и старалась его убедить в обратном, уточнила.
И он мог понять ее волнение, их приезд точно не прошел незамеченным: собаки лаяли, когда их машина проезжала мимо дворов; редкие прохожие останавливались и с любопытством долго смотрели вслед, точно пытались понять, кто это и к кому приехал. Вот и сейчас, когда Захар сбросил скорость, паркуясь возле указанного двора, в соседних уже хорошо виднелись любопытные лица.
Им точно не удастся скрыть свое появление. Впрочем, он к этому и не стремился, да и жена, как понимал Захар, несмотря на свои страхи, хотела как раз доказать всем, что имеет право жить собственной жизнью, не подчиняясь ни их власти, ни мнению о том, что ей должно.
— Блуд, — выйдя первым, Захар внимательно огляделся, уже только видом давая понять, что к ним лучше не лезть. Выпустил пса, жестом велев тому держаться рядом.
И лишь после этого открыл дверь, помогая выйти на улицу Зоряне.
Глава 21
— Яна!.. — на улицу первым при их появлении выскочил Антон, младший брат Юли.
Но паренек тут же притормозил, увидев Блуда.
Хотя Захар опустил руку на холку пса, да и сам Блуд держался спокойно, казалось. Впрочем, при его габаритах, неудивительная реакция. Собака тети Оксаны, вон, вообще предпочла забиться в будку, и не тявкнула при появлении гостей."
"Даже во дворе ощущалась тягостная атмосфера, на неком подсознательном уровне дающая понять любому, что эта семья понесла утрату. Вроде и не видно ничего, а дышать выходит с трудом.
