И, не дожидаясь, пока со мной попрощаются, быстро направилась прочь.
— Что-то случилось? — встретил меня озадаченный Кэйст.
Я лишь кивнула:
— Мне нужно назад в особняк. Это срочно.
Я сразу помчалась в свою комнату, где отыскала яйцо с драконьей кровью, и не прошло и пяти минут, как уже снова сидела в карете.
— К Кэйхаррам, пожалуйста, — попросила я кучера.
При одном взгляде на дворецкого, который открыл мне дверь, стало ясно, что дело совсем плохо.
— Лэр Кэйхарр не может вас принять, — сказал он мне, отводя покрасневшие глаза.
— Знаю. Для этого я и пришла. Навестить его, — ответила я, решительно переступая порог."
"— Габриэлла? — раздался голос Вилмы, а следом ее торопливые шаги по лестнице.
На лии Руан тоже не было лица, она осунулась и потеряла все краски.
— Ах, милая, — Вилма бросилась мне в объятия, — как хорошо, что вы пришли.
— Что с лэром Кэйхарром? Насколько он плох? Он у себя в спальне? — завалила я ее вопросами. И без приглашения направилась вверх по лестнице.
— Вчера Рональд вернулся еще на своих ногах, но выглядел ужасно.
— Вилма пошла за мной. — Не поел, сразу лег в постель. А сегодня уже не вставал. Он то спит, то в беспамятстве. Приходил лекарь, но его прогнозы… — Она всхлипнула, прижав к губам кружевной платочек. — Неутешительны. Это так похоже на то, что было с его отцом, — ее голос совсем упал. — И все мы знаем, чем все закончилось…
Я остановилась у нужной мне двери и взялась за ручку.
— Он там один?
— Возможно, служанка сидит с ним, — ответила лиа Руан.
— Вы можете попросить ее уйти? Мне нужно остаться с ним наедине, — сказала я, из последних сил сдерживая обуревающее меня волнение.
— Понимаю, — прошептала Вилма.
Трудно сказать, что именно она понимала, скорее всего, нечто совсем иное, что есть на самом деле, но уточнять я не стала. Сейчас не до подобных мелочей.
Я пропустила лию Руан вперед и подождала, пока она попросит служанку удалиться, только тогда сама вошла внутрь.
Сердце сжалось от боли, когда я увидела Кэйхарра.
Его трудно было узнать. Посеревшая истончившаяся кожа, ввалившиеся глаза с глубокими тенями под ними, пересохшие губы — в нем было больше от мертвого, чем от живого. Мой судорожный вздох вырвался в унисон всхлипу Вилмы. Она все еще была здесь и со слезами смотрела на угасающего племянника.
— Лиа Руан… Мне нужно остаться с ним наедине, — тихо напомнила я.
Несмотря на все добрые отношения между нами, я не спешила рассказывать ей, что собираюсь делать.
