– Парень аж глаза закатил, чтобы дать мне понять, какой этот Александр ходок по женской части. – Так он глаз на нее положил и хвалился, что оприходует. Попытался он ее зажать, когда она выходила мусор выбрасывать, а она вырвалась и домой убежала. А где-то через час вызывает его директор нашего ЧОПа и сообщает, что он с этой минуты уволен по статье за то, что к жильцам пристает. А мы-то все Надю простой прислугой считали!
– Тебе Сашка все это сам рассказал? – спросила я.
– Ну да! Меня же с выходных вызвали, чтобы я его сменил, – объяснил он.
– Ну, Сашка взбеленился и высказал этой Наде все, что о ней думает.
– Не стесняясь в выражениях, – язвительно добавила я.
– Конечно! – удивился моей язвительности охранник. – Он же из-за нее работу потерял, а мы ею дорожим. Сама посуди, сутки через трое, подрабатывай – не хочу и трудовая пристроена. А куда ему после такого податься? С такой записью? А на руках семья! Жена и ребенок.
– А раньше он о них не мог подумать? – не удержалась я. – Прежде чем Надю эту в углу зажимать?
– Да кто же знал-то, что так выйдет? Сашка парень видный, девки сами вешаются, – начал оправдываться парень.
– Только боком ему это вышло. Он потом специально предупредил, чтобы мы от этой стервы подальше держались, и вид у него был не ахти. Нет, он парень, как и все мы, неслабый, крепкий, тренированный. Да только намял ему бока какой-то мужик до того умело, что серьезных повреждений нет и жизни нормальной тоже – все болит, не вздохнуть, ни выдохнуть, ни сесть, ни встать. Словом, мастер поработал.
Ну, мы с ней с тех пор исключительно вежливо, «здрасте», «до свиданья» и больше ничего."
"«Ну вот, теперь я знаю, что имеется в виду под некоторой работой, – подумала я. – Естественно, это Красавчик организовал такой воспитательный процесс, так сказать, показательную порку. Надя пришла расстроенная, Валентина Дмитриевна это увидела, выспросила, тоже расстроилась и позвонила Вадиму, а для него душевный покой матери превыше всего. Он сказал Красавчику, а тот принял меры. Когда это не подействовало так, как предполагалось, пришлось объяснять доходчивее, но без ущерба для здоровья воспитуемого.
Да, все в рамках закона».
– А кто к ним ходил? – спросила я, возвращаясь к нашему разговору.
– Сын, само собой, – начал перечислять охранник. – Два-три раза в неделю точно, да и ночевал иногда. Старухины подружки, бывало, что и с внуками. А может, соседки со старой квартиры. Мужик какой-то навещал, старый, седой. Все вроде. Ну, врачи, это само собой.
