Ни жара, ни дыма, ни огня, только дождь, стучащий в окна. И сейчас этот маленький Купер просто… спал.
Неприкаянно застыв посреди комнаты, – ну и что ей полагалось делать? – Джемма прислушалась. Из-за закрытой двери в коридор раздавались приглушенные звуки: кажется, она могла разобрать какофонию телевизора. Характерный звон моющейся посуды. И голоса – мужской и женский. Значит, дома кто-то был.
Если бы не присутствие Джеммы – обычный вечер обычной бостонской семьи.
– Надеюсь, ты не подумаешь что-нибудь не то, – пробормотала Джемма, подходя к кровати.
Впрочем, мини-Купер ее проигнорировал, продолжая дремать на подушке. – Ладно, попробуем еще раз.
Она присела рядом с изголовьем и залезла рукой под кровать: книги все так же были там. Вытащив из стопки «Гроздья гнева», Джемма снова собиралась вытрясти из нее все рисунки и на этот раз уделить им куда больше внимания. Кто знает, если уж животное с человеческим лицом оказалось правдой, что еще можно найти в его голове…
– Нет, – сказал Купер, и Джемма дернулась от неожиданности, теряя равновесие на корточках.
– Не надо…
– Ты что, издеваешься, – пробормотала Джемма, не понимая, кто это говорит: воспоминание? Настоящий Купер? К ней ли он обращается? В этой чертовой симуляции ничего не было понятно!
– Уйдите… – Купер заворочался. Он нахмурился, становясь тревожным, словно ему снился плохой сон. Ох, приятель, как же Джемма тебя понимала. – Уйди…
– Это все твои происки, малыш, – сжимая книгу, сказала она ему.
– Я здесь, вообще-то, не по своей воле.
Она хотела было вернуться к книге, но тут Купер резко дернул головой во сне, а его руки взметнулись по кровати и опали.
– Нет, нет… – пробормотал он на грани слышимости. – Не хочу…
На этот раз Джемма не стала шутить. С этим сном было что-то не так. Иначе сейчас она бы здесь не сидела. Со всем этим днем было что-то не так, да, Купер? И с этим пожаром. С тобой.
– Что же тебе снится? – шепотом спросила она, наклоняясь к кровати.
Дети ей всегда нравились. Они легко делали то, что ты им говоришь. Прогибались под авторитетом. Их легко было насмешить или развеселить, а они смешили и веселили ее. Впрочем, Купер был совсем не таким ребенком. Слишком серьезный для своих лет, слишком умный, слишком… слишком… напуганный?"
"Темные волосы сбились, когда Купер в очередной раз встревоженно мотнул головой по подушке, и Джемма наклонилась еще ниже: кажется, у него была испарина.
