Я заметил, что общение между «особыми» и остальными сведено почти «на нет». Обычные, смотрят на «особых» — с высокомерием и толикой презрения, что вполне объяснимо тем, что общество Империи — классовое и сословное, а они «классом» явно выше. И побаиваются их, из-за слухов о том, что большинство «особых классов» составляют разные преступницы и хулиганки, которых Министерство Войны взялось перевоспитывать.
Воспитанницы же «особых классов», отвечают тем полнейшей взаимностью, так что «две школы» ходят мимо друг друга, демонстративно отвернув головы и задрав носы.
Следующими двумя уроками — были Русский язык и Литература."
"На первом уроке был «приветственный диктант», на котором я «порадовал» учителя своим стилем письма, ибо в азбуке, что знал я, было 33 буквы, а в местной 35. Ну и «тутошняя» орфография отличалась от «тамошней».
Учитель, которая явно была в курсе того, что у меня «амнезия», только покачала головой и не стала даже начислять штраф, оставив меня в покое, вроде «есть она и уже слава Богу».
На уроке Литературы ситуация была примерно такая же, только на вопрос учителя, знаю ли я какое-нибудь из стихотворений классиков, я покачал головой и ответил, что нет, но я могу прочесть по памяти свое, хоть я и не классик, стихотворение. Та согласилась.
Со стихами у меня было плохо, если честно, знал я всего парочку из тех, что доставили мне особенно много страданий, в бытность мою школьником, в прошлой жизни. Все они были за авторством Пушкина. Я покопался в памяти, вспоминая, когда же жил Александр Сергеевич, не хотелось бы оконфузится, выдав стихи Гения — за свои.
Вроде бы он умер в 19 веке, а стало быть, этот мир не узнал его Гения и значит, можно зачитать его стих.
Я встал и зачитал стих про «Цветок», собрав при этом порядочное количество аплодисментов.
— Очень неплохо, Кайа, у тебя определенно есть талант, садись, — сказала мне учитель.
Что я и сделал. Более ничего интересного не происходило.
А вот два следующих урока, были вполне себе веселыми.
Иностранный Язык.
— Кайа, пойдем, — сказала мне воспитатель, а когда мы покидали класс, обернулась, обращаясь к остальным. — Всем сидеть тихо и ждать меня.
Мы шли по коридору, а воспитатель давала мне ценные указания:
— Кайа, Пансион пошел тебе на встречу и организовал для тебя уроки английского языка. Но! Так как других желающих, кроме тебя, из «особых классов», изучать этот язык не нашлось, то нам пришлось сделать для тебя исключение из правил Пансиона.
