– И каким образом я объясню все это в музее?
– Именно с этой целью, доктор Келли, у нас и назначена встреча.
С этими словами он указал на дверь в конце коридора с именем владельца кабинета, начертанным на деревянной панели золотыми буквами.
– Только не это! – простонала Нора. – Ни за что!
* * *Роджер Брисбейн по-прежнему восседал в кресле фирмы «Баухаус», и рукава его белоснежной рубашки от «Тернболл и Ассер» по-прежнему были закатаны с ювелирной точностью. Первый заместитель президента с ног до головы был живым воплощением образа идеального юриста.
Драгоценные камни мирно покоились за стеклом в своих бархатных гнездах. Они были единственным источником тепла в этом стерильном кабинете. Первый зам кивком головы указал на пару кресел. Судя по всему, Брисбейн пребывал в дурном расположении духа.
– Специальный агент Пендергаст... – протянул Брисбейн, заглянув в свой календарь и полностью игнорируя присутствие Норы. – Почему мне знакомо ваше имя?
– Мне уже приходилось работать в музее, – ответил Пендергаст.
– На кого вы работали?
– Вы меня не совсем поняли. Я сказал ""в"", а не «на».
– Не имеет значения, – махнул рукой Брисбейн. – Понимаете, мистер Пендергаст, я люблю проводить утро дома. Простите, но я не уловил, какие чрезвычайные обстоятельства потребовали моего присутствия на рабочем месте в столь ранний час.
– Преступление никогда не дремлет, мистер Брисбейн, – сказал Пендергаст, и Норе показалось, что она уловила в голосе агента легкую насмешку.
Брисбейн посмотрел на Нору и тут же снова отвел глаза.
– Доктор Келли трудится в музее. Мне показалось, что об этом я смог вам достаточно ясно сказать по телефону. Музей всегда рад оказать помощь ФБР, но я не вижу, чем мы можем быть вам полезными именно в этом деле.
Вместо того чтобы ответить, Пендергаст посмотрел на драгоценные камни и сказал:
– А я и не знал, что знаменитый сапфир «Звезда Индии» снят с экспозиции. Ведь это же «Звезда Индии», не так ли?
– Мы регулярно меняем экспозицию, – чуть поерзав в кресле, ответил Брисбейн.
– Публика должна видеть, что хранится в наших запасниках.
– И, как я вижу, вы храните... м-м... избыточные запасы у себя.
– Мистер Пендергаст, я все же не понимаю, каким образом мы можем быть вам полезны.
– Данное преступление по своему характеру является уникальным, а вы со своей стороны располагаете уникальными ресурсами. Этим ресурсом я и намерен воспользоваться.
– Преступление, о котором вы говорите, произошло в музее?
– Нет.
