– Поздним вечером он явился в наш дом с каким-то образцом для отца. Но отец отказался его принять. Образец Ленг оставил у нас. Это был каменный идол из южных морей. Никакой научной ценности.
– И?
– На следующий день отец исчез.
– И вы полагаете, что за исчезновением стоит Ленг?
– Да.
– Почему вы так считаете?
Дама пригладила волосы и, внимательно глядя в глаза Норы, сказала:
– Неужели, мое милое дитя, вы полагаете, что на этот вопрос может быть ответ?
– Но зачем Ленгу убивать вашего отца?
– Думаю, что отец что-то о нем узнал.
– И музей не потребовал расследования?
– Никто не видел Ленга в музее. Никто не видел, как он приходил к отцу. Ни Персеваль, ни Берли ничего не заявляли. Для музея оказалось гораздо проще очернить имя моего отца, чем провести расследование. В то время я была еще девочкой. Когда я стала старше и попробовала возобновить дело, они отказались за отсутствием новых обстоятельств.
– А как ваша матушка? Она что-нибудь подозревала?
– Мама к этому времени умерла.
– Что случилось с Ленгом?
– После визита к моему отцу о нем не было ни слуху ни духу.
Нора вздохнула и спросила:
– А как Ленг выглядел?
Клара Макфадден ответила не сразу.
– Я никогда его не забуду, – сказала она после довольно продолжительной паузы. – Вам приходилось читать «Падение дома Эшеров» Эдгара По? В рассказе есть описание, которое меня просто потрясло, когда я его прочла. Мне кажется, что это точный портрет Ленга. Эти слова запали в мою память навсегда, и даже сейчас я могу их точно воспроизвести, «.
..трупного цвета кожа; огромные, светлые, с невыразимым влажным блеском глаза... маленький, изящно вылепленный подбородок, говоривший о нехватке духовной энергии или о нравственной слабости». У Ленга были светлые волосы, голубые глаза и нос с горбинкой. Одет он был в строгое черное пальто.
– Очень яркое описание.
– Ленг был личностью, которая долго оставалась с вами после того, как он уходил. Но, как ни странно, лучше всего я запомнила, как он говорил.
У него был низкий, звучный, резонирующий голос. Создавалось впечатление, что два человека говорят в унисон. Кроме того, у Ленга был сильный акцент.
Печаль, которая, видимо, навсегда поселилась в гостиной, стала каким-то необъяснимым образом более глубокой. Нора машинально сглотнула. Она исчерпала все вопросы, которые хотела задать.
– Огромное спасибо, мисс Макфадден, за то, что вы согласились уделить мне время, – сказала она, вставая с кресла.
