А эти две старухи — надменная гордячка Вера и заплывшая жиром обжора Надежда. В жизни ведь не поверить, что они родные сестры. Кто из них спланировал убийство? Кто привез в усадьбу собаку, так напугавшую старика? Кто, а главное — зачем?
Обратно в усадьбу Чарушины вернулись в начале пятого. Уже начинало смеркаться, хотя темнота еще не совсем спустилась на снежную аллею от дороги до усадьбы. У поворота стояла машина. «Форд Мустанг», модный нынче среди «золотой молодежи», рядом девушка с длинными волосами, держащая на коротком поводке огромного рыжего риджбека, и два молодых парня, в одном из которых Чарушин без труда узнал Гошу Липатова.
Останавливаться не было необходимости, хотя Чарушину этого очень хотелось. Он и сам не знал почему. Из-за собаки, что ли? В зеркале заднего вида отразилась сцена прощания. Посторонний парень, девушка и собака уселись в машину, та тронулась с места, а Гоша, подняв воротник короткой стильной дубленки, пошел по аллее к дому. Чарушин нажал на тормоз. Полина вопросительно посмотрела на мужа.
Подождав, пока парень поравняется с машиной, Никита опустил стекло.
— Подвезти? — коротко спросил он.
— Давайте. Спасибо.
Что бы ни скрывал Георгий Липатов, попутчиков он не боялся и от разговоров с ними не уклонялся. И на том спасибо.
— Любишь собак? — Чарушин тронулся, внимательно глядя на дорогу, а не на сидящего рядом Гошу. Парню вовсе не обязательно было знать, что и подвозили его исключительно из-за риджбека, очутившегося в этих краях.
— Я? Ага, люблю.
Хотя ухаживать за ними и не умею. У нас в доме к ним было негде привыкнуть. Дед не терпел псов, поэтому я все детство просил собаку, и все понапрасну. На лето мы все равно приезжали сюда, оставить собаку в городе было не с кем, а везти с собой категорически запрещено. Может, хоть теперь мама разрешит. Деда ж не стало.
— Ты очень на него сердит?
— А что толку. Ничего же не изменишь. Обидно, конечно. Как будто я изгой. Чужой в семье. Приблудыш. Никогда не понимал, почему он ко мне так относился.
Татка для него была центром вселенной. А я… — Голос у него на мгновение дрогнул, но Гоша сумел взять себя в руки. — Но я не пропаду. Татка всегда мне поможет бабками. Она меня любит. И муттер тоже. Так что на мели не останусь.
— Гоша, а у кого здесь могут быть собаки?
— Здесь — это где? В усадьбе? Ни у кого. Никто не хотел рисковать здоровьем, связываться с дедом. А в деревне по соседству, наверное, есть. У дворника, дяди Васи, точно есть.
