«Слишком уж зарвался ты, Альберт, раз опускаешься до прямых оскорблений невинной девушки! – зло подумал Раймон. – Чем же тебе так насолила Сильвия? Интересно…»
– Я задал Сильвии прямой вопрос. Свободно ли ее сердце. И рука, соответственно, тоже, – Раймон усмехнулся, показывая, что не так прост, как кажется. – Она ответила, что свободна. У меня нет причин не верить Сильвии. Но я допускаю, Альберт, что и Вы не соврали мне. Что Сильвия – Ваша невеста. Была Вашей невестой. Но возможно… Она разорвала помолвку и теперь свободна?
Раймон увидел, как сверкнули глаза напротив.
Словно он попал в точку, и Альберт вот-вот сорвется и ударит его, выплескивая негодование на Сильвию. Раймон подался вперед. Его руки по-прежнему были скованы за спиной, теперь мужчин разделяла только широкая доска грубого деревянного стола. А их головы все равно приближались друг к другу, сверля взглядами.
– Любил ли ты ее? Если да, то почему она ушла от тебя, Альберт? Может, как раз потому, что застала тебя под юбкой одной из ваших служанок? Или придворных дам? – зашипел Раймон, не сдержавшись, раскрыв свой интерес к Сильвии.
Альберт немного отшатнулся. Хотя еще секунду назад их лица были так близко, что они ощущали дыхание друг друга, одинаково горячее и гневное. А теперь он смотрел на Раймона во все глаза, не веря услышанному. Даже не словам, интонациям.
«Да неужели?! Эта девка так быстро вскружила голову Раймону Алавару? Он не славится ловеласом, а тут запал за одну встречу? Так сверкает глазами, будто вот-вот вызовет меня на поединок за эту вертихвостку! О, в монастыре этих сироток явно учат не готовке и вышивке, а чему-то поинтереснее! Раз эта вчерашняя скромница сумела окрутить Раймона!» – зло и ревниво подумал Альберт.
– Не твое дело, Раймон! – его рука взметнулась, как для хлесткой пощечины, но замерла в сантиметре.
Не стоило оскорблять гордого аристократа, если Альберт собрался вести с ним дела. И вместо удара его пальцы лишь прошлись по пряди черных волос, упавшей на лицо.
Самому-то Раймону не убрать, руки стянуты веревкой… Альберт улыбнулся змеиной усмешкой, беря себя в руки. Обогнув стол, он подошел вплотную. И оперся на столешницу позади себя ладонями, слегка изогнув спину. Вальяжный, уверенный, как мурлычущий кот.
– Прости… Я нервничаю, ведь мы поругались перед ее побегом. Сильвия и правда приревновала меня, вот и решила показать характер. Мы же знаем, как девушки любят, чтобы за ними побегали.
