Но тот посещал лишь «Большую кружку», днями гулял по аэранскому порту и снимал комнату на постоялом дворе там же.
– Молю, скажи, что Теодор проследил за Адалиной и тем мужчиной.
Изекиль снова угрюмо кивнул. Он отпил из фляжки и осторожно размял шею, прежде чем продолжить:
– Да. Леди Адалина подошла к штабу, но, поскольку Теодор из низшего ранга ищеек, он не знал, что дом принадлежит гильдии. Почти у ворот мужчина нагнал ее, накрыл рот какой-то тряпкой, и леди Адалина потеряла сознание. Потом подъехала карета, и они направились в сторону порта.
Тристан уперся локтями в колени и спрятал лицо в ладонях. Ему стоило неимоверных усилий сдерживать рвущиеся наружу гнев, отчаянье и страх. Страх, который колющими иглами распространялся по всему телу, заставляя конечности неметь.
Страх за нее.
– Теодор разглядел лицо мужчины?
– Да. И, судя по описанию, мы его знаем. Это Орион, стражник на службе у Стефана. Прежде чем прийти сюда, я сходил в порт Аэрана и выяснил, что сегодня ночью из гавани вышла «Золотая лань», взявшая курс на Запад.
По словам одного болтливого рыбака, это один из самых быстроходных кораблей.
В ушах Тристана раздался странный, неясный звон. Мир, казалось, замер, пока он в оцепенении разглядывал пылинки, парящие в лучах осеннего солнца, проникающих через большое окно кабинета.
Он не сразу осознал, что звон доносился откуда-то изнутри. Это дребезжали осколки его разбитого сердца.
Сквозь эти звуки снова прорвался до боли родной голос, ставший теперь его личным проклятьем:
«Ты любишь меня? Знаю, что не любишь».
– Закари, – услышал он, словно через толстые стены, Рэндалла, – пожалуйста, отдай распоряжение слугам, чтобы подготовили покои для наших гостей и пригласили сюда лекаря.
– Да, Ваше Величество.
Тристану тоже требовалась помощь.
Но не лекаря, а палача.
– Господин, – Изекиль осторожно коснулся его плеча, – я забрал из покоев леди Адалины шкатулки и ключ от них. – Он поставил их на стол и ушел.
Стоило двери за ним закрыться, как Тристана сотрясла крупная дрожь.
Он схватился руками за голову и начал раскачиваться взад-вперед. Внутри него все ныло, полыхало и гудело, и он не знал, как унять эту боль. Ему хотелось крушить мебель, кричать что есть мочи и убить каждого, кто причастен к похищению Адалины. Убить всех, кто забрал ее у него.
– Пей. – Рэндалл поставил перед ним бокал, наполненный вином.
Тристан вздрогнул и выпрямился. Он даже не заметил, когда Рэндалл достал бутылку.
– Не хочу.
– Я не спрашивал, чего ты хочешь.
