Сейчас был самый сезон, и Тристан мог как наяву представить усыпанный переспелыми яблоками сад, прелый аромат которых витал по всей округе. На мгновение ему даже показалось, что он слышит жужжание злобных ос, облюбовавших треснувшее от удара о твердую землю яблоко, и хруст мякоти под ногами, потому что в разгар созревания и ступить некуда."
"Тристан оглянулся на спящую Адалину, прислонившуюся виском к стенке. Она была в удлиненной зеленой тунике с изящной серебристой вышивкой на подоле и плотных коричневых штанах, которые ей перед отъездом одолжила Энни, чтобы удобнее путешествовать.
Она заплела две косы и стянула их в пучок на затылке. К лицу вернулся здоровый румянец, но болезненные круги под глазами все еще не исчезли. За две недели пути она ни разу не пожаловалась на боль и неудобства, даже когда им приходилось ехать подолгу без остановок.
Они не обсуждали то, что случилось между ними в доме Клейтонов, и общались как раньше, но мыслями Тристан постоянно возвращался в тот момент, когда она опустилась перед ним на колени.
И каждый раз задавался вопросом, как бы далеко она зашла, не останови он ее. Чем чаще он вспоминал ее воинственный взгляд, устремленный на него снизу вверх, тем дальше заходили его смелые фантазии. Он представлял, как намотал бы длинные шелковистые волосы на кулак, как направлял бы ее рукой, пока она…
– Тпру, – раздался громкий возглас Адама, управлявшего двойкой запряженных коней.
Карета, резко дернувшись, остановилась. Адалину подбросило на сиденье, она стукнулась лбом о стенку и испуганно подскочила на месте.
– Мы что, уже приехали? – сонно пролепетала она. В уголке ее губ блестела влажная дорожка от слюны, волосы растрепались, глаза смешно выпучились, но даже несмотря на помятый вид, она была очень красива. А ведь он, глупец, при первой встрече восемь лет спустя принял ее за вульгарную дурнушку, не имеющую вкуса.
«Лучше бы так оно и было», – подумал он, когда разум, будто издеваясь, вновь подкинул картину с ней, стоящей перед ним на коленях.
– Приехали.
Слегка тряхнув головой, чтобы избавиться от наваждения, Тристан открыл дверь и спрыгнул на влажную от утренней росы землю. Адалина выбралась следом и осмотрелась.
Еще не рассвело, и на улице царила тишина. Они остановились на окраине города, где дома стояли не так плотно. Некоторые из них и вовсе пустовали, потому что хозяева отправились в столицу и другие более крупные города Юга в поисках лучшей жизни.
