Он напал на нас по твоей вине…
— Они убили три десятка стражей и чуть не похитили мою ирэю!
— Не смей перебивать свою королеву! — стальной металл в голосе режет, как масло сгустившийся от напряжения воздух. — Если бы ты по-честному убил пса, то не дал бы повода. В качестве извинения я подарю им мертвого волкодава и бочку свежедобытого таранита. Жаль, Даринику нельзя отдать в комплекте — тогда бы им точно приглянулся мой дар.
Договор с виедами, этими монстрами без чести и совести?! И меня дарить в комплекте? На этом месте зажимаю рот ладошкой, чтобы случайно не ахнуть от ужаса, а королева спокойно продолжает свои рассуждения на мой счет:
— Как ни крути, девочка представляет ценность — ее муж станет правителем Единого Царства.
Вот только не ясно пока, который из потомков Пепельного Дракона станет ей мужем. Один предатель, другой… Вероятно, найдется где-нибудь подходящий бастард. Ты до короля явно не дотягиваешь.
Мой бедный мозг отказывается понимать ее слова. Какой другой потомок? Какой бастрад? О чем она говорит? К счастью, язвительную тираду матери перебивает рычание Кейрона, чья позиция хотя бы проста и понятна:
— Никто не разлучит меня с моей ирэей.
Ни ты, ни люди, ни боги!"
"— Выдохни, — произносит с холодным смешком. — Разлучать вас не собираюсь. А вот со свадьбой придется повременить.
— Ты убедила меня, что в момент замужества Дариника должна быть действующей целительницей. Ты говорила, что это часть предсказания, и я тебя слушал. Годами ждал, пока распечатается ее дар.
Больше ждать не собираюсь. Через три дня она станет моей женой, и я взойду на трон.
— Ты не взойдешь на трон через три дня, — с сожалением тянет королева, — потому что слишком размяк со своей ирэей. Сначала докажи, что станешь достойным правителем. Тогда поговорим.
— Мои отношения с ирэей не отразятся на правлении.
— Отразятся. И сильнее, чем думаешь. Если ты не в состоянии заткнуть свою женщину на важных переговорах, то править целым королевством точно не сможешь.
— Я. Не буду.
Ждать, — сердито чеканит Кейрон. — Ты контролируешь таранит. Не меня.
То, как он держится с властной матушкой, вцепившейся в трон мертвой хваткой, вызывает уважение. Вот только королева со мной вряд ли согласна, потому что вдруг произносит:
— Какая короткая память у моего сына! Вспомни бунт годичной давности! Сколько ты протянул тогда без таранита? Две недели? Три? Ты не в состоянии удерживать зверя без помощи магии! В каждый твой оборот гибли невинные люди.
