Сначала порываюсь выползти из своего убежища и повиниться. Мол, простите, не удержалась, сунулась к витражу из эстетического любопытства. Но уже в следующий миг понимаю, что королева разозлится, несмотря на извинения. Ведь я разгуливала по ее статуе, а это вряд ли расценят как знак уважения.
Меня могут наказать. Приставить стражников для круглосуточного наблюдения. Или запретить ночевать в спальне. А этого допустить никак нельзя.
С тихим вздохом усаживаюсь поудобнее на полу за высоким постаментом и настраиваюсь на ожидание.
****
Вианда откусила кусочек сочного персика, вытерла мокрый подбородок шелковым платочком и неторопливо приблизилась к сыну, ледяной горой замершему у главного входа.
Он не подошел, не приветствовал с улыбкой, как бывало раньше. Рот сжат, а в глазах застыло напряжение. Смотрит воинственно, как на противника.
""Дуется за то, что поставила на место перед истинной», — решила королева и откусила еще кусок. — «Скоро будет дуться еще сильнее.
Сам виноват!»
Ласково осведомилась:
— Как проходит подготовка к свадьбе?
— Я отдал распоряжения Миргошу, чтобы церемония состоялась через три дня. Если моя королева желает обсудить детали, стоит обратиться к нему.
— Моя королева? Все-таки вспомнил, кем я тебе являюсь! — Вианда, усмехнувшись, бросила косточку на блюдечко, тонкими пальцами подцепила платочек и вытерла рот. — Я не раз объясняла, что позиция короля требует сложных решений. Король никогда не должен ставить личные отношения превыше интересов королевства.
Кейрон нахмурился, явно не понимая, к чему вдруг эта лекция.
— Ты согласен?
— Да.
— Тогда зачем, — вкрадчиво молвила, — ты обманул нашего потенциального союзника, чтобы потешить самолюбие своей избранной?
— О чем вы, моя королева? — холодно поинтересовался принц.
— У тебя свои глаза и уши во дворце, а у меня свои. Преданные мне люди проследили путь твоего Миргоша от кухни к спальне твоей избранной.
Думал, ты сумеешь обмануть свою королеву?
Глава 25
Сердце ухает в пятки. Молюсь кому-то справедливому и милосердному, чтобы не о Сереньком шла речь! Но чем больше говорит королева, тем яснее становится, что тайна волкодава для неё раскрыта.
— Завтра же я отправлю к виедам почтового ворона и приглашу их на новые переговоры… И не спорь! — восклицает женщина на возмущенный рев сына. — У виеда была веская причина посчитать себя обманутым.
