Пес смотрит враждебно, скаля зубы и явно не разделяя мое мнение про «не еду».
— Покормить мне тебя пока нечем, — продолжаю, немного подумав. — Надеюсь, в кране течет питьевая вода. Но, даже если не питьевая и ты нахлебаешься вредных бактерий, я тебя снова подлечу, не волнуйся! — вскакиваю на ноги и, сделав крюк, чтобы обойти зубастую махину, мчусь в ванну под грозное рычание.
Он с силой дергает поводок, пытаясь освободиться.
Только сейчас до меня доходит, что имел в виду Кейрон, говоря, что моя магия не всесильна.
Если волкодав сорвется с привязи или сдерет намордник, он меня загрызет. Я не то, что себя исцелить, а даже пикнуть не успею!
В ванной комнате нахожу металлический тазик, ополаскиваю, набираю туда воды, и несу собаке. Ставлю таз на пол и осторожно двигаю в сторону животного. Рычание усиливается.
Какой же пес огромный!
Как я его буду теперь кормить, поить, выгуливать?
Спальня у меня, конечно, просторная, но для такой собаки — это всего лишь очередная клетка. Ему нужен бескрайний лесной простор, а не жалкие шестьдесят квадратов.
И самый насущный вопрос — как его спрятать от окружающих? Допустим, ко мне заявится служанка. Пес начнет на нее кидаться. И даже если будет паинькой и согласится полежать под кроватью, ни один человек не сможет пропустить характерный запах псины в этом помещении.
Подхожу к небольшому оконцу без намека на ручку. Как его открыть не представляю. В одиночку я даже помещение не сумею проветрить!
— Чего же ты ждешь? Пей! — снова поворачиваюсь к питомцу.
— Ничего другого пока предложить не могу. Я здесь новенькая. Чуть позже попробую разыскать кухню и раздобыть тебе что-нибудь съедобное.
Пес медленно склоняет голову к воде, одновременно рыча и не выпуская меня из поля зрения. Весь его вид говорит: «Я тебе не доверяю. Дернешься — пощады не жди!»
Намордник достаточно просторный, чтобы позволить ему лакать воду, хотя, конечно, процесс утоления жажды становится сложнее.
Когда пес заканчивает пить, он пытается, следуя инстинктам, себя зализать, но намордник не позволяет.
Затем пробует соскрести с себя кожаную сетку лапами, а, когда и это не получается, с упреком косится на меня. Я лишь развожу руками:"
"— Прости, дружок. Я бы тебя освободила, но не готова послужить тебе обедом. Давай-ка лучше посмотрим, что у нас тут в шкафах! Вдруг печенюшка завалялись?
Пес с интересом склоняет голову набок, наблюдая за тем, как я подхожу к шкафу и принимаюсь осматривать полки, забитые всякой девчачьей дребеденью.
