Она всё знала, всё это время, знала, что первым их обоих предал он, на нём лежит вся вина…
Глава 8
Она снова ревела белугой… Стоило ей выбежать за дверь палаты и спуститься вниз, Ида разразилась рыданиями до икоты, вызвала такси и продолжала пугать таксиста всю дорогу своим непрекращающимся воем раненой собаки. Хмурый узбек за рулём не решился спросить, что у неё случилось, итак все было понятно — кто-то умер в той больнице, откуда он её забирал.
На самом деле это Ида будто ожила. Три года она и вправду будто плавала в аквариуме с толстыми стенками, почти без связи с внешним миром и самой собой.
Всё её время и мысли съедали решение бытовых и денежных вопросов, непроходящий страх и тоска по сыну, она будто ничего не чувствовала. Лишь улыбка дочери трогала её сердце лёгким дуновением ветерка радости, все остальные чувства и мысли оставались запечатанными под семью замками. Теперь замки грубо сорвали, и торнадо из эмоций подхватил Иду, взметнув ввысь и с размаху просив об землю, и закрутился на новый виток урагана.
Она давно не испытывала столько чувств сразу, и её разрывало ими изнутри, выливаясь наружу потоком слёз.
Острее всего она чувствовала гнев, на своего растяпу мужа, который строил из себя защитника, а на деле ни его сила, ни деньги не спасли ни сына, ни её.
Три года назад, как оказалось, это он просто так её выгнал, чтобы обратно принять через пару недель, пока на радостях всех шлюх в борделях перетрахает. Ему то теперь можно! Как карт-бланш получил — ему же жена изменила!
Он не извинился за свой трах с брюнеткой, только блеял что-то невразумительное, как овца на стрижке.
Как же Ида хотела врезать по его роже, и откуда она только взяла смелости с ним так разговаривать? Гнев и злость говорили за неё, и неожиданно, ей это понравилось, не быть терпилой, слабовольной женщиной, а сказать в лицо то, что думает и защитить себя самой. Только расплакалась с непривычки. Сильная женщина плачет у окна в такси.
— Девушка, мы приехали. — осторожно сказал таксист, оборачиваясь через плечо.
— Где это мы? — всхлипнула она, оглядываясь вокруг и не узнавая дом.
— Ваш адрес.
Оказалось, Ида ошиблась в номере дома, надо было возвращаться на два квартала назад, но она решила пройтись пешком.
— Спасибо. — икнула она напоследок и вышла из машины нетвёрдой походкой.
В предрассветной тишине мимо проезжали одинокие машины, в основном желтые такси, пока плачущая женщина брела домой, обнимая себя за плечи.
