Так персики помогли принять ей решение уехать, действительно, это лучший способ оставить всё позади и попробовать интегрироваться в другую среду, язык и культуру, дать детям другое будущее. Хорошее начало новой жизни, но пока они оставались в старой…
*****
Ковалевская вынырнула из своих мыслей, когда услышала своё имя, которое назвал муж, оставив самую главную благодарность для своей жены напоследок. Она не запомнила, что он говорил, зато заполнила, как он на неё смотрел, как на самого важного человека в его жизни.
Специально для неё два официанта вынесли огромный букет роз белого и розового цвета вперемешку и вокруг раздался шквал аплодисментов, завершающих речь её мужа. Она присоединилась к ним и захлопала вместе со всеми, улыбаясь широкой улыбкой, когда муж обнял её и поцеловал в покрасневшую от смущения щёку.
— А мне цветочки? — обиженно надула губки Соня и сложила ручки на груди, показывая, что очень недовольна.
Влад подхватил её на руки и ущипнул за нос, кивая официанту, тот принёс ещё один букет оранжевых маленьких розочек.
— А почему у меня маленький, а у Идочки большой всегда?
— Потмоу что ты сама мелкая, Соня! — закатил глаза её старший брат. — Такая ты капризная!
— Я не капризная, я просто цветы люблю, раз у Идочки есть, то и мне надо! — возразила она.
Отправив детей к аниматорам в игровую комнату, Ковалевские взялись за руки и немного пообщались с сотрудниками, которые работали здесь с самого основания стартапа, Лёха со Светой, пользуясь случаем, пригласили Влада с женой на свадьбу весной.
Ида порадовалась за новую ячейку общества, заверив, что обязательно придут.
Влад же пригласил свою супругу потанцевать, Ида прижалась к нему теснее, чем принято в приличном обществе и они закружились в медленном танце.
— Как ты, Влад? — тихо спросила она. — Это ведь дело твоей жизни, будешь скучать?
— Нет. — тут же ответили он.
— Но ведь ты так любил то, чем занимаешься?"
"— Не любил, мне нравилось, люблю я тебя. — чмокнул он её в губы. — Мне нравилось, когда это был небольшой стартап, я всех знал в лицо, всё контролировал, было интересно, необычно, а теперь я погряз в операционке и бюрократии.
Один заказчик ничем не отличается от другого, одни и те же проекты, куча народа в офисе, я половину из них сегодня первый раз вижу, особенно с других этажей. Я больше не горю своим делом, Ида, выгорел…
— Я совсем не представляю тебя, как респектабельного домохозяина, ты уж прости. — всё таки призналась Ида.
